— Вы ведь считали, что это могла сделать цыганка, — напомнила она.

— Ну… да. Но то цыганка, а не приличная англичанка. — Он покраснел, словно только сейчас вспомнил, что Кендра американка.

— Исключать нельзя никого, — сказала она.

— Мне хотелось бы осмотреть тело ещё на месте преступления, но Келли рассказал, что оно находилось внутри коттеджа, возле стола, — вмешался Манро. — При ранениях брюшной полости человек теряет много крови, хотя время, за которое наступает смерть от кровопотери, бывает очень разным. То, что жертва даже не пыталась отползти, свидетельствует о быстрой смерти. Повторю, подтвердить это смогу лишь после вскрытия, но подозреваю, что убийца повредил аорту. Тогда кровообращение быстро прекращается из-за внутреннего и наружного кровотечения.

Хоббс покачал головой и цокнул языком.

— Если так, он умер бы в считаные минуты.

— И почти сразу потерял бы сознание, — добавила Кендра. — Он попытался схватить нож: у него на руках есть защитные раны. — Она пояснила это, заметив взгляд Хоббса. — Он успел среагировать, но не настолько быстро, чтобы остановить следующие удары. Если аорту действительно пробили, скорее всего, это был последний удар. После него он должен был тут же рухнуть на пол. Убийца выпустил рукоять, когда Паско упал, поэтому нож оставался в теле, когда мы его обнаружили. Он уже был без сознания и не мог попытаться вынуть клинок.

Жертвы ножевых ранений часто инстинктивно старались выдернуть нож. Ирония заключалась в том, что иногда именно извлечение ножа — или другого предмета — и приводило к смертельной кровопотере.

— По крайней мере, всё это укладывается в картину преступления, — пробормотала Кендра, пожав плечами. — Можно мне бумагу и карандаш?

Мистер Хоббс смотрел на неё, будто перед ним возник представитель неизвестного биологического вида. Хотя для него я, наверное, такой и являюсь, мрачно усмехнулась про себя Кендра. Но доктор всё же подошёл к столу и достал листы бумаги и графитный карандаш.

Чувствуя на себе его недоумённый взгляд, Кендра быстро набросала упрощённые силуэты человеческого тела спереди и сзади. Аккуратно отметила места ножевых ранений, записала сведения о защитных ранах и вернула карандаш Хоббсу.

— Для чего это? — спросил он, когда она сложила листы и убрала их в ридикюль.

— Наглядное напоминание о том, с чем мы имеем дело.

Констебль Лич придвинулся к двери.

— Ну, думаю, мне незачем оставаться на вскрытии.

— Подождите минуту, и я выйду с вами, — сказала Кендра.

Манро удивлённо поднял тёмные брови.

— Вы уходите, мисс Донован?

Обычно она осталась бы. Но сейчас подумала, что Карлотта уже переехала в герцогский особняк. Кендра хотела быть дома к ужину. Кроме того, у неё возникла мысль, которая могла помочь людям Сэма в расследовании в Испании.

Но вслух она произнесла только:

— У меня ещё кое-какие дела. Завтра я с вами свяжусь.

— Я буду давать показания на дознании вместе с мистером Хоббсом, — сообщил он.

— Когда оно состоится? — спросила Кендра.

— Послал весточку приходскому коронеру, чтобы узнать, — ответил констебль Лич. — Учитывая, что мистер Паско уже не розами пахнет, скорее всего, завтра после полудня. Как получу ответ, дам знать.

Едва Кендра, Алек, Сэм и констебль Лич вышли в коридор, появилась миссис Хоббс с их верхней одеждой.

— Какой ужас случился с мистером Паско, — тихо проговорила она, наблюдая за тем, как гости надевают пальто и шляпы.

— Насколько хорошо вы его знали? — спросила Кендра, завязывая под подбородком ленты чепца.

Миссис Хоббс покачала головой.

— Совсем мало. Несколько раз танцевали на сельских вечерах и на ежегодном балу в Уайт-Понд-Мэнор. Я никогда не слышала, чтобы он был замешан в каких-то скандалах. Не могу поверить, чтобы такое злодеяние совершил житель Кукема.

Никому не хотелось в это верить. Но способность убить таилась в каждом человеке. Ради самозащиты. Ради защиты другого. Ради своей страны. Хладнокровно. Или в порыве ярости.

Кендра не стала успокаивать женщину. Вместо этого сказала:

— Если что-нибудь услышите, дайте мне знать.

На улице тени стали длиннее, и похолодало настолько, что Кендра плотнее запахнула меховой воротник. Она повернулась к констеблю Личу.

— Что-нибудь удалось выяснить в деревне?

— Нет. Расспрашивал лавочников на Хай-стрит, но все, кто знал покойного, говорили то же самое, что и я. Приятный был человек. Хуже всего, что о нём услышал, — прижимист немного. Но я продолжу спрашивать.

Сэм вмешался:

— А я, прежде чем возвращаться в Лондон, загляну в парочку местных трактиров. Заметил, что люди в пивных, после двух-трёх кружек, куда охотнее болтают.

Кендра улыбнулась.

— Прекрасная мысль, мистер Келли. Мне говорили, что стоит побеседовать с миссис Дойл, хозяйкой «Зелёного рыцаря».