На глаза навернулись слёзы и потекли по щекам, когда она принялась ощупывать его грудь, ища кровь.

— Вы ранены? Он вас ранил?

— Со мной всё хорошо. Дорогая, всё в порядке! — Он поймал её беспокойно шарившие руки, одновременно заглядывая ей за плечо, чтобы убедиться, что противник мёртв.

— Вы упали… — У неё перехватило дыхание. — Я видела, как вы упали.

— Проклятый дождь намочил траву. Я поскользнулся.

— О Господи.

Когда у неё подогнулись колени, Алек подхватил её и крепко прижал к себе. Оба резко выпрямились, услышав топот бегущих ног. Алек поднял пистолет, Кендра поспешно подобрала оружие мёртвого шотландца. Но из темноты выскочили Сэм Келли и герцог.

— Не стреляйте! — Сэм вскинул руки.

— Господи, — выдохнула Кендра и опустила пистолет.

— Что произошло? — спросил Сэм, взглянув на тела. — Кто эти люди?

— Как вы нас нашли?

— Карлотта сказала, что тебе грозит опасность.

Кендра не смогла скрыть потрясения.

— Карлотта?

— Да… — Герцог оглянулся. — Она была с нами.

Кендра проследила за его взглядом, обежавшим извилистую дорожку, по которой они пришли. Но она уже знала.

Карлотта исчезла.

Глава 42

— Её вещей нет, — сказал герцог, тяжело ступая, когда вошёл в кабинет, где Алек наливал Кендре херес, а Сэму виски. За окнами далёкий церковный колокол отбил час ночи.

Им понадобилось больше часа, чтобы выбраться из Воксхолла. Сэм послал за местной стражей и доктором Манро, чтобы те занялись телами погибших. К несчастью, пришлось ещё разбираться с толпой гостей маскарада, прослышавших о случившемся. На место происшествия сбежались целые стаи пьяных ряженых, желавших поглазеть.

Перед отъездом Кендра сумела отыскать Ребекку в одной из затенённых ниш павильона. Подходя, она заметила стоявшего рядом с подругой Ромео, но тот растворился в толпе, прежде чем Кендра успела добраться до них. Ей почти наверняка почудились знакомый выдающийся подбородок и золотисто-рыжие волосы.

На Воксхолльском мосту и главных лондонских улицах было столько экипажей, что ещё час ушёл на дорогу до Гросвенор-сквер. Хардинг сообщил, что Карлотта вернулась двумя часами ранее, пожаловавшись на недомогание. Мисс Беккет помогла ей раздеться на ночь. С тех пор её никто из слуг не видел.

— Серебряные подсвечники из её спальни тоже пропали, — продолжил герцог. — И жемчужное ожерелье, которое я одолжил ей на днях. Каро говорит, что из её шкатулки исчезло ещё несколько украшений. Она вне себя. Мисс Беккет старается её успокоить. Я попросил Хардинга и миссис Дэнбери осмотреть дом и выяснить, что ещё пропало.

— Мы её найдём, сэр, — сказал Сэм.

По лицу герцога пробежала тень.

— Нет. Пусть уходит. Она не взяла никаких семейных реликвий.

— Пока не произведут полную проверку, мы не можем знать, что она взяла, а что нет, — заметил Алек, подавая дяде стакан бренди. — Думаю, вам стоит позволить мистеру Келли хотя бы попытаться её найти, даже если вы не захотите предъявлять обвинения.

Герцог вздохнул, подошёл к камину и уставился на горящие поленья.

— Хотелось бы поскорее покончить с этим фарсом.

Кендра переглянулась с сыщиком. Ей тоже хотелось поговорить с Карлоттой — хотя бы высказать всё, что она думает о том, как та ранила доброго человека.

Герцог сделал большой глоток бренди.

— Я был дураком, — наконец сказал он, обернувшись к ним.

— Вы хотели, чтобы она оказалась вашей дочерью, — тихо ответила Кендра. — Это понятно.

Долгое мгновение стояла тишина. Затем герцог заговорил:

— Когда я потерял Арабеллу и Шарлотту, было такое чувство, будто мне вырвали сердце из груди. Я хотел умереть. Вместо этого продолжал жить с пустотой внутри, которой никто не видел. Алек… — Он посмотрел на племянника. — Алек помнит то страшное время.

Алек слегка кивнул. На его лице отразилась боль, которую Кендра видела у герцога.

— Когда Карлотта объявила себя Шарлоттой, наверное, я захотел получить второй шанс. Кто не захотел бы вернуть того, кого потерял?

— Вы поверили не без причин, — заметил Сэм. — Откуда она знала столько о вашей дочери?

— Камерон Армстронг нашёл эти сведения в письмах своей тётки к его матери, написанных много лет назад, — объяснила Кендра.

— Няня Мактавиш, — уточнил Алек. — Возможно, когда она служила у вас, она не сплетничала с остальной прислугой, зато в письмах сестре свободно делилась заботами и любовью к маленькой воспитаннице.

— Мне это и в голову не пришло.

— А почему должно было? — сказала Кендра. — Армстронг давно готовил аферу. — Она решила не упоминать его слова о том, что именно отношение герцога к Кендре могло подсказать ему мысль. — Ему нужно было следить за сообщницей, поэтому он и устроился работать к Ярборо по соседству.

Сэм нахмурился:

— А зачем ему понадобилось вредить тебе, девочка?

Алек ответил:

— Потому что Кендра была той самой ложкой дёгтя в бочке мёда.