Губы красные, чёрные волосы похожи на каскад кипящей смолы. Я знал о её привлекательности, но не думал, что до такой степени. Мы познакомились много лет назад, когда я был одним из «посвящённых» людей моего отца, а она — дочерью босса Палермо. Как всё меняется...

— Взбудоражить, говорите? Скорее, это вызвало бы любопытство, — отвечаю я, осторожно приближаясь, но её люди засовывают руки под пиджаки, готовые выхватить спрятанные пистолеты, а мои... Ну , мои ничем не отличаются.

Я расслабляю плечи, улыбаюсь, и она поднимает указательный палец. Её люди возвращаются на место, а мои остаются неподвижными позади меня.

— Вы знаете Габриэля? — спрашивает Анджела. Блондин, держащий бокал, подходит к ней. — Он категорично не соглашался ехать сюда, но я успокоила его, сказав, что Греки — важная семья, которую нужно уважать.

Я смотрю на него, потом на неё. Я до сих пор не понимаю, какого хрена они делают в моём клубе.

— Может , присядем? — спрашиваю я, указывая на маленький диванчик неподалёку . Анджела медленно моргает, садится и внимательно смотрит на меня.

— Мы в Трапани на несколько дней, — говорит она, не оборачиваясь, и я начинаю злиться, потому что никто из моих людей не смог дать мне эту информацию.

— Если бы я знал...

— Мы не хотели причинять вам неудобства. Дамиано, мы здесь, чтобы я и мой брат Дэйв были приняты на вилле «Никс», — произносит она, и звучит не просьба, а приказ.

Я понимаю, — они хотят со мной поговорить о вещах, которые вряд ли подходят к месту, где находимся сейчас. Но сама мысль, что они придут в мой дом, пугает, как и тон. В этом и заключается проблема больших семей: никто не уступает другому , потому что каждый твёрдо уверен в собственном превосходстве.

— Был бы рад принять вас на вилле «Никс», но так получилось, что в одном крыле идёт ремонт, и я не хочу , чтобы вы ходили среди мусора и рабочих. Мы можем встретиться в SalAqua. Разумеется, вы будете моими гостями.

Анджела улыбается, не скрывая своего недовольства. Я прекрасно понимаю её мысли, но не готов уступить просьбе только потому , что она решила переступить порог моего дома. Она поступила бы точно так же.

Я наблюдаю за тем, как она, поразмыслив, встаёт, и из уважения делаю то же самое. Она отходит на пару шагов со своей гончей по кличке Габриэль, они разговаривают пару минут , а потом она возвращается ко мне.

— Пусть будет так. Завтра в полдень?

Улыбка расплывается по моему лицу.

— С удовольствием, — отвечаю я с ухмылкой.

Я поворачиваюсь, чтобы выйти из приватной комнаты, и сразу за дверью вижу Людовику . Она смотрит на меня, затем на Анджелу позади, и бледнеет.

Что-то назойливое и коварное заползает мне в живот, неприятное чувство охватывает шею, и я оглядываюсь, чтобы посмотреть на Анджелу . Она уже стоит, как вкопанная позади меня, устремив глаза-дротики на Людовику . Будь Донна Анджела не на моей территории, Людовике уже прострелили бы голову , я знаю.

— Ваша женщина? — спрашивает Анджела, не отрывая взгляда от Людовики, но я знаю, что она блефует. Они знают друг друга, уверен, иначе и быть не может.

— Нет .

— Понимаю.

— Хотите, чтобы мои люди проводили вас до двери? — спрашиваю я с меньшим терпением и меньшей вежливостью, чем следовало бы.

— Нет . У меня есть свои. Спасибо, Дамиано.

— Долг , Анджела, — отвечаю я, намеренно опустив титул перед её именем.

Я направляюсь к балкону и, когда оказываюсь рядом с Людовикой, вместо того чтобы пройти мимо и проигнорировать её, хватаю за локоть. Я тащу Ви прочь от Руссо, мимо приватной комнаты, где расположился сам, мимо второго бара на балконе, не заботясь о том, что она требует отпустить. Когда добираюсь до более тихого места, я бесцеремонно толкаю Людовику к стене.

— Какого хера ты делала? — шиплю ей в лицо.

— Ты сделал мне больно, мудак! — оскорбляет она.

— Что ты делала, Людовика?! — кричу на неё. Она смотрит на меня с ненавистью.

— Я думала, она ещё одна из твоих шлюх! — кричит она, толкая меня, но я не двигаюсь.

— Бл*дь! — срываюсь я. Она сглатывает пустоту . — Ты её знаешь? — нервно спрашиваю я.

— Однажды видела в Нью-Йорке. Я была на вечеринке и... не знаю, по какой причине меня с ней познакомили.

— Вечеринка?!

— Д-да, кажется, это был чей-то день рождения, но я точно не помню, прошло много времени. — Она трогает руку , за которую её схватил, Людовика убила бы меня, если бы могла, я знаю это.

— Какого дьявола ты подошла так близко? Ты можешь мне это объяснить? Проклятье, ты выросла в этой среде, но делаешь только полную херню! — Я провожу пальцами сквозь волосы. — Она увидела тебя и узнала, — говорю я, обдумывая слова.

— Мне хотелось посмотреть, сыграешь ли и с ней в ту гадскую игру , в которую сыграл со мной!

Я резко оборачиваюсь.

— Да неужели? — шиплю я.

— Именно, — повышает голос она. — Учитывая то, как ты заставил меня добираться сюда! Как проститутку! — снова кричит она, толкая меня ещё раз.

Наконец-то время пришло.