Почему я до сих пор ношу помолвочное кольцо?

Менеджер, женщина лет сорока, хватает меня за руку и присвистывает.

— Ух ты! Вот это колечко! Кто счастливчик? И есть ли у него старший брат? Или отец?

Мои коллеги заливаются смехом.

— О-он человек, с которым я уже какое-то время встречаюсь, — запинаясь, отвечаю я и лихорадочно пытаюсь вспомнить, не говорила ли кому-нибудь здесь, что я свободна. К счастью, я довольно скрытный человек и никогда ни с кем на работе не обсуждала свою личную жизнь.

— Что ж, поздравляю! Обязательно приводи его к нам, познакомишь! — У Марии морщинки собираются в уголках глаз. — Когда свадьба?

— Мы ещё не назначили дату. Пока нет. Ещё нескоро. Очень нескоро, — отвечаю я.

После очередных поздравительных объятий я поспешно выхожу за дверь, испытывая противоречивые чувства. От мысли, что я только что отработала смену в ресторане и заработала за неё лишь малую долю стоимости этого бриллиантового кольца, мне становится… мерзко. Противно. Будто я предаю весь рабочий класс или что-то в этом роде.

Дождь прекратился, но небо по-прежнему затянуто серыми тучами, и весь этот пригородный пейзаж кажется ещё более унылым и безжизненным.

На секунду я задерживаюсь перед рестораном, глядя на кольцо, а затем наконец снимаю его и убираю в сумочку. После этого ухожу.

Почему-то я никак не могу выбросить из головы Гейба. Раньше я думала, что благодаря приятной внешности и умению получать хорошие чаевые жизнь у него складывается легко и уж точно комфортнее моей. Теперь, когда я знаю правду, мне ужасно стыдно. Возможно, мне стоило быть с ним добрее.

Вместо того чтобы вызвать Uber до дома Айды, я решаю пройти пешком милю до своего старого района. С каждым шагом я всё сильнее начинаю сомневаться в том, что согласилась на предложение Алекса.

А может, дело в самом Алексе и его образе жизни, которые вызывают у меня дискомфорт. Он слишком богат, слишком легкомысленно распоряжается деньгами и слишком сильно отличается от меня. Как бы я ни одевалась и где бы ни жила, мне никогда не стать такой, как он.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

АЛЕКС

Сегодня Иви, похоже, в хорошем настроении.

Откуда я знаю? По дороге в Саванну, которая занимает три часа, она не вцепляется в дверную ручку. Правда, мы застряли в адской пробке Атланты и ползём со скоростью улиток.

Если на свете и есть что-то, что я терпеть не могу, помимо кузена Бо, так это пробки.

— У тебя что, две машины? Почему мы не поехали на твоей… — Она неопределённо машет рукой в сторону приборной панели. — «Таурус»? «Тойота»?

— «Тесла»?

— Ага.

— Я подумал, что стоит арендовать большой внедорожник, чтобы ты чувствовала себя спокойнее в дороге. Это Ford Expedition. Солидная машина, правда?

Внедорожники обычно не в моём вкусе, но должен признать, внутри довольно комфортно.

— Не стоило так стараться. Но спасибо. В этой машине я и правда чувствую себя немного спокойнее. Только, пожалуйста, не входи в повороты на скорости. Я слышала, такие машины легко переворачиваются.

— Никаких резких поворотов. Понял.

Мы уже полчаса в пути. Когда удаётся выбраться из плотного потока машин, я еду медленно, как настоящий дедушка за рулём. Причём чужой дедушка, а не Элеонор.

Сегодня четверг, утро. Мы направляемся к родительскому дому, чтобы начать четырёхдневное семейное торжество Дженкинсов.

Сказать, что я нервничаю, — ничего не сказать. Такое чувство, будто от этих четырёх дней зависит всё моё будущее.

— Как прошла неделя? Делал что-нибудь интересное? Как съездил в Нью-Йорк? — спрашивает Иви.

Судя по голосу, ей действительно интересно, а не просто хочется поддержать светскую беседу.

Если не считать того, что я думал о нашем поцелуе в океанариуме на прошлых выходных?

Мне хочется ответить именно так, но я сдерживаюсь.

Всё правда: я ни на минуту не переставал думать об Иви. Да чёрт возьми, признаюсь. Я по уши в неё втрескался. Так что изображать влюблённого по уши перед семьёй будет совсем несложно.

— Проект по переработке шин одобрили, хотя мне пришлось изрядно попотеть, убеждая финансового директора, что с экономической точки зрения это имеет смысл.

Я убираю одну руку с руля, жестикулируя, но, заметив, что Иви потянулась к дверной ручке, тут же возвращаю её на место.

— В остальном — сплошные совещания. Ни времени на развлечения, ни на осмотр достопримечательностей. Мы обсуждали возможность выхода компании на биржу.

Её лицо озаряется.

— Здорово!

— Да. Это была мечта моего деда, и, думаю, бабуля очень хочет увидеть, как она осуществится, пока ещё жива. А ты? У тебя на этой неделе было что-нибудь интересное? Как тебе квартира?

— Обожаю её. Просто идеальная. Столько места для… всяких вещей.