Ну кто ж ему виноват, что этот оборотень в человеческом облике выглядит как мускулистый громила с хитрым, но глубоким взглядом!

Порой я думаю, что ему гораздо больше подошла бы сущность медведя, чем волка. Причём не грозного гризли, который рвёт людей пополам, а такого большого, тёплого, доброго мишку, которому хочется сунуть в руки кружку горячего чая и попросить никого не убивать до завтра.

Единственная проблема, язык у этого мишули работает как помело. Вдобавок Ульстен никогда не отличался той деликатностью, которую в приличных семьях считают обязательной для общения с девушками.

Иногда мне кажется, он вообще не видит во мне таковую.

Для него я адепт. Точка.

Поэтому и разговаривает со мной соответственно. Может выругаться, может сказать что-нибудь такое, от чего у любой воспитанной барышни уши свернутся в трубочку.

К тому же мы с ним на «ты». В его родном мире Вервольфов иначе не принято, а Ульстен даже ради покоя высокочтимых вельмож исключений не делает.

Я подхожу ближе. Он окидывает меня быстрым взглядом и басит без всяких предисловий:

- Ну, поздравляю, кроха!

Я была готова к чему угодно, кроме следующего:

- Избавилась-таки от лишнего! – еще и подмигивает ободряюще.

Зависаю.

- Прости? Лишнего? – повторяю за ним, сразу же жалея. Ведь Ульфстену ничего не стоит самым откровенным образом разъяснить мне свое замечание.

- Да ладно тебе. Что естественно, то не безобразно! – хрипло смеется оборотень, подавая мне древко. - Слишком много в ваших тонких семействах плясок вокруг этой ненужной девчачьей особенности. Так что теперь можешь дышать спокойно. Считай, тебе вырезали совершенно ненужный орган.

- Фу, Ульфстен, прекрати! Это отвратительно даже для тебя.

Наверное, именно в этом и заключается странность наших отношений. С Ульфстеном я могу говорить так, как не могу ни с кем из своей семьи.

Он действительно не воспринимает меня как девушку, которую необходимо оберегать от взрослой жизни, от грубых слов, от неприятной правды или, упаси боги, от собственного мнения.

Тем более я прекрасно знаю: других женщин для Ульфстена попросту не существует. У него есть истинная.

Правда, к сожалению, потерянная. Он даже сюда, в Драконий мир, прибыл не ради приключений и не ради новой жизни. Он ищет её. Свою единственную.

И, наверное, поэтому рядом с ним я чувствую себя в безопасности. Даже могу стоять обсуждать вещи, о которых с другим мужчиной в моей ситуации говорить было бы жуть как неловко. Да и с женщиной тоже.

Хотя родители, разумеется, смотрят на нашу дружбу крайне неодобрительно. Но мне всё равно.

На моё восклицание он фыркает, совсем не смутившись.

- Отвратительно будет, если ты надумаешь выскочить за этого подонка раньше, чем я найду его и оторву всё болтающееся.

Сердце сразу ухает вниз. А на его месте обнаруживается зияющая стужей пустота.

- Нет. Не смей! – подаюсь я вперед, задрожав от ужаса. - Дракон просто уничтожит тебя.

- И не с такими справлялись, - беспечно отмахивается друг.

Выходит, первые его фразы были лишь для того, чтобы утешить меня. Помогло, конечно. Но лучше бы он и дальше придерживался того же настроя.

- Нет-нет. Ульфстен, прошу! Обещай мне. Подкрепи кровной клятвой чести, что не будешь так рисковать! Даже тебе не убить дракона в одиночку!

Но могучий оборотень только головой качает. И в его низком голосе появляется та самая жёсткая нотка, которую я слышу редко:

- Не могу дать такую клятву, Лилиана. Я всё решил, - добавляет он в голос металла. - Так что не глупи, иначе я оставлю тебя вдовой.

- Ульфстен…

- Но не волнуйся. Я придумаю, как сделать так, чтобы моя кровь не была на твоей совести, Огненно-власая заноза.

- То есть ты понимаешь, что я ни за что не прощу себе, случись с тобой что-то?! - сжимаю кулаки. – И все равно затеваешь подобное?

Обычно с этим оборотнем спорить бесполезно. Он всё равно сделает по-своему. Но сегодня не тот случай!

Я должна переубедить его.

Хотя не могу не признать, что внутри исподволь разливается мягкое тепло от того, что он вообще готов лезть в это ради меня. На контрасте с тем, что говорил папа, решимость друга особенно трогает.

- Прости, но ты меня вынудил, - отбегаю подальше и расправляю плечи. – Именем твоей истинной… - произношу ритуальные слова и срываюсь с места.

От оборотня мне не убежать, но виляя между поваленными деревьями, договорить я успеваю:

- … твоей пары, дарованной Луной, альфа Ульфстен из Бурого клана, я заклинаю тебя отказаться от личной мести лерду Вальмонту из Рубинового гнезда!

Последние слова сиплю уже схваченная разъяренным оборотнем, что, впрочем, теперь бессмысленно.

- Арр-р! - выпускает он меня из каменных тисков, и его кулак с силой врезается в ствол несчастного дерева справа от нас.

Смотрит на меня, как на предательницу, и дышит, раздувая ноздри.