— Эй, — окликнула я мужчину, когда он, как всегда молча, собрался уйти.

Он не развернулся полностью. Лишь бросил внимательный взгляд через плечо, и слова чуть не застряли у меня на языке.

— Не подскажете, где тут ближайшая гостиница или отель?

Вот так. Я делала это. Я остановилась в Бэннпорте хотя бы на ночь. Денег у меня было примерно на шесть недель, если работу я не найду, — и это при условии, что я урежу расходы еще наполовину.

Но все в порядке. Я уже так жила, и проживу еще столько раз, сколько понадобится. Все лучше прежней жизни.

— Отель в конце улицы.

Это он пробормотал?

— Не могли бы вы написать адрес?

Он исчез за стойкой, даже не удостоив меня нормальным ответом. Может, я испытывала его терпение, а может, просто слишком переживала из-за каждой нашей короткой беседы. И то и другое вполне возможно.

Если он не захочет помогать, я найду отель сама. Я, мягко говоря, не новичок в самостоятельности — делать все самой, потому что помощи ждать неоткуда. Мне никто не нужен.

Но стоило мне сделать три укуса бургера, как на стол рядом с пустой бутылкой лег листок бумаги. Я приподняла бровь, прожевывая, и медленно проглотила.

Его единственным пояснением было:

— Отель.

Я посмотрела на аккуратный почерк всего пару секунд, прежде чем заметила его движение в стороне.

И потом сделала то, что навсегда изменило мою жизнь.

— Я видела, у вас требуются сотрудники.

Глава 2

Я не поднимаю взгляда от стопок, которые наполняю текилой. За спиной гремят столы, забитые фанатами хоккея, перекрикивающими телевизор. Пьяный смех захлестывает меня вместе с характерным звоном сталкивающихся бокалов.

Бэннпорт меня обманул. По субботам этот «маленький городок» совсем не маленький, особенно когда идет хоккей.

Кто-то грохает кулаками по стойке, и текила превращается в маленький водопад. Я давно сбилась со счета, сколько раз за вечер меня позвали — или хотя бы крикнули что-то вроде «красавица» в мою сторону. Сегодня это слово, похоже, в моде.

Но я не буду лгать — я обожаю такие шумные ночи в «Логове».

— Покажи улыбку, Элли Кэт.

Чарли подмигивает, подлетая ко мне и крутя на пальцах пустой поднос, как баскетбольный мяч. Я закатываю глаза, пугающе похожа на Трэвиса.

— Принеси арахис на двенадцатый и седьмой столики, ну пожалуйста, — говорит он и берет мокрую тряпку за стойкой. — Кто-то снова опрокинул стакан. В-сто-первый раз.

— Бывает, — я хватаю арахис и, показав ему язык, кладу миски на поднос. — Зато чаевые будут хорошими.

— Еще бы, — соглашается Чарли, проводя рукой по светлым, вечно растрепанным волосам. Резкий запах его одеколона ударяет в нос, когда он наклоняется ко мне и шепчет: — Да ну этот хоккей.

И уходит, забрав свой арахис.

Я только фыркаю и качаю головой.

Чарли есть Чарли. И ничто другое его не описывает.

Трэвис нанял его три месяца назад, когда наша прежняя официантка уехала в большой город. Как замена, Чарли — не самый плохой вариант. Он на год младше меня, недавно закончил колледж. И по какой-то причине предпочел вернуться в родной город, а не строить блистательную карьеру в мегаполисе. Видимо, сильно ударился головой.

Говорит девушка, которая тоже решила остаться в Бэннпорте, вместо того чтобы уехать буквально куда угодно.

Может, когда-нибудь я это и сделаю. Может.

Несмотря на его временами раздражающий и часто чрезмерный характер, я рада, что Чарли рядом. Он либо глоток свежего воздуха, либо головная боль — и заранее не угадаешь, что именно.

Мысли о коллегах обрывает громкий удар слева. Я подпрыгиваю.

— Что нужно сделать, чтобы получить здесь гребаный олд-фешенд?

Я хрустнула шеей, настраиваясь на битву, и выдавила натянутую улыбку.

Дэвид, Дэнни — как его там — постоянный любитель поздних посиделок в «Логове». Я избегаю обслуживать его, когда есть возможность. Он шумный, неприятный, однажды блевал. Прямо на колени. Сидя за стойкой.

Ненавижу его. И, судя по его еженедельным недовольным гримасам, он тоже меня не обожает.

Сегодня уклониться не выйдет, так что я игнорирую четверых других вопящих посетителей и начинаю смешивать коктейль.

— Сейчас.

Чарли занят столами, а Трэвис…

Где, черт возьми, Трэвис?

Пока заканчиваю напиток, просматриваю зал в его поисках. Нигде.

— Да я тут засыпаю, девка, — ворчит Дэвид/Дэнни/козел, и мне приходится задействовать всю силу воли, чтобы не швырнуть коктейль ему в потный лоб.

На деле я никого не трону. Не верю в насилие как решение. И даже если бы верила, я слишком труслива, чтобы отвечать за последствия. Стоит только представить свое лицо в газетах и мысль испаряется.

Я натягиваю на лицо вежливую маску. Спорить с ним, рискуя устроить сцену, не стоит, хотя именно этого мне и хочется.

— Пожалуйста.