Я была уверена, что это станет последней каплей. Я ведь не самая квалифицированная официантка в истории обслуживания, даже если отношусь к делу серьезно. Он без труда нашел бы замену в течение суток.

Но не найдет, потому что завтра у меня по-прежнему будет работа. Попробуй разберись.

— Иди домой, — повторяет он.

— Ладно. До завтра, — бормочу.

Когда я прохожу мимо, плечом задеваю его руку и направляюсь к раздевалке. Он не добавляет ни слова. А когда я на пороге оглядываюсь, его уже нет.

Хотела бы я списать весь этот разговор на собственную фантазию, но с везением у меня всю жизнь туго.

Все началось тринадцать месяцев назад.

Точнее… началось шестнадцать лет назад, но я предпочитаю делать вид, что нет.

Так или иначе, тринадцать месяцев назад я оказалась в маленьком городке Бэннпорт, штат Мэн. Вообще-то это не было моей целью, я даже не знала о его существовании, пока дорожный указатель не сообщил об этом. Но в тот день случилось кое-что такое… что заставило меня остановиться.

Машина сломалась.

И еще — волосы отчаянно нуждались в покраске.

Каким-то чудом я доковыляла до автосервиса, где сказали, что смогут быстро все проверить. Раз уж мне все равно нужно было по делам, я отправилась в город с одной сумкой и зверским голодом.

Две коробки краски для темных волос спустя я увидела это.

«Логово».

Обычный спортивный бар в небольшом городке, если судить по виду. Вывеска над дверью ухоженная, чистая. Белые буквы в ковбойском стиле легко читаются — значит, на ней не скапливается пыль. Красный кирпич здания придавал заведению уют, сильно отличавшийся от тех спорт-баров, где мне доводилось бывать.

Будучи молодой женщиной, путешествующей в одиночку, я, возможно, должна была дважды подумать, прежде чем заходить в место под названием «Логово», где, как легко представить, одни мужчины. Но тут дверь распахнулась, из бара вышел кто-то, а за ним — такой аромат жареного мяса, что моя почти падающая в обморок от голода душа капитулировала на месте.

Протиснувшись мимо таблички «Нужен персонал», я одним глазом следила за четырьмя занятыми столами, пока садилась в укромный угол, рядом с бильярдным столом, подальше от телевизора, туда были устремлены все взгляды. Никто на меня не посмотрел, и это позволило хоть немного расслабиться и пролистать меню в поисках того самого ароматного бургера.

Запах еды смешивался с хвойной свежестью столешницы — ее явно протерли буквально пару минут назад. Да и отсутствие жирных разводов подтверждало это лучше любых слов.

Я огляделась, десятки бутылок за стойкой, неоновые вывески на кирпичной стене, немного столиков.

И потом — он.

— Что вам принести?

Еще никогда в жизни я не слышала голос такой хриплый и такой… успокаивающий. От него по моему напряженному позвоночнику пробежала странная дрожь. Когда я подняла взгляд, сразу поняла, почему бар называется «Логово» — внутри прятался человек-медведь.

И это даже мягко сказано. Высокий, намного выше меня, огромный мужчина с таким мрачным выражением лица, что оно могло соперничать с маминым. Только у него не было того слоя жестокости, который я научилась замечать сразу.

Фланелевая рубашка закрывала все от ключиц до волосатых предплечий, которые были видны, потому что рукава закатаны, будто он недавно что-то чинил. С такими огромными руками и длинными крепкими пальцами я бы не удивилась, если бы он мог построить дом с нуля.

Для человека, работающего в обслуживании, у него был самый угрюмый вид на свете. А я за последние шесть лет насмотрелась на разные лица. Слишком многие.

И все же бежать мне не захотелось. В его зеленых глазах мелькнула едва заметная мягкость или я просто хотела ее увидеть. Потому что отсутствие мягкости означало, что я вполне могла закончить в канаве после обеда.

Не думай об этом. Больше не думай.

Я заметила, что у него полные, чуть розовые губы, хоть они и были сжаты в жесткую прямую линию. Прямой нос, густые брови. Лет тридцать пять — тридцать восемь, если прикинуть. На десять лет старше меня. Хотя какое мне дело до возраста незнакомца?

Мой разглядывающий взгляд длился не больше пары секунд, но этого хватило, чтобы стало неловко. Помню, он повторил, голосом чуть более раздраженным.

— Вам что-нибудь принести?

Он понял, что я уставилась, и это было ужасающе стыдно.

— Чизбургер и бутылку Budweiser, пожалуйста.

Человек-медведь только сузил глаза, молча разглядывая меня еще долгие секунды.

— Сколько тебе лет?

Ах да. Классика.

Обществу давно пора избавиться от мысли, будто пухлые щёки делают взрослого человека похожим на ребёнка. Некоторые из нас ничего с ними сделать не могут — да и не хотят. И уж точно я не выглядела подростком.