⚠️ ВНИМАНИЕ. СЦЕНЫ 18+

⚠️ ВНИМАНИЕ. СЦЕНЫ 18+

Настоящий текст является неофициальным переводом и размещен исключительно в ознакомительных целях. Все права на оригинальные произведения принадлежат их авторам и правообладателям.

Читатель самостоятельно несет ответственность за скачивание, хранение, чтение и распространение данного материала. Использование перевода не освобождает от соблюдения законодательства Российской Федерации, включая нормы об авторском праве и ограничении доступа к материалам, содержащим элементы, предназначенные для лиц старше 18 лет.

Для всех, кому кажется, что приходится прятать свое настоящее «я».

Настоящий ты всегда того стоит.

-

И для себя самого, который слишком часто молчал, боясь кого-то задеть.

Больше никогда.

Предупреждения о содержании

Я сторонник таких предупреждений — и как читатель, и как автор. Поэтому они стоят в начале всех моих книг. Если вам они не нужны, смело пропустите эту страницу. Но одно все же стоит знать заранее (это не спойлер, не волнуйтесь): эта книга рассчитана только на взрослых читателей. Приятного чтения.

Прежде чем начать историю Элли и Трэвиса, обратите внимание на следующие предупреждения: показанное на страницах похищение ребенка, упоминания торговли людьми, посттравматическое стрессовое расстройство, краткое упоминание мыслей о самоубийстве, ненормативная лексика и откровенные сцены (целиком глава сорок третья).

Пролог

Пролог

Девять лет

— Ты что, сломалась, Эллисон? Улыбнись.

Мама раздраженно выдохнула и положила телефон, будто этот жест сам по себе говорил, как сильно она недовольна.

От ее презрительного движения у меня защипало глаза. Я знала, что должна улыбнуться. В школе я легко улыбалась, играя с друзьями, так почему сейчас это кажется невозможным?

— Подними куклу выше, — велела она резким голосом, опускаясь на колени перед диваном, чтобы поймать лучший ракурс. Наш пес Майло завилял хвостом, прося внимания, но она отстранила его легким толчком. — И в сотый раз: улыбнись. Мне нужно фото сегодня, а ты уже опаздываешь. Ты ведь знаешь, что будет, если не улыбнешься, правда?

У меня похолодело внутри от угрозы, прозвучавшей между строк. Я не хотела тут сидеть, но мама всегда давала ясно понять, что будет, если я не улыбнусь для фото и видео: ни новых игрушек на Рождество, ни походов в кафе по выходным, ни нового дома.

— Да, — выдавила я.

Звук получился слабым, тревожным.

— Тогда улыбнись.

Всего лишь улыбка.

Я поправила куклу на коленях и проглотила слезы, собирающиеся в глазах, подарив ей ту улыбку, которую она ждала.

— Ты даже улыбаться нормально не умеешь, — сказала она, закатив глаза. Я ненавидела, когда она так делала. Казалось, будто я все испортила. — Эту куклу прислали тебе в подарок. Ты хоть понимаешь, сколько сил мне стоит добыть такое для тебя? Тебе нужно только сделать вид, что ты рада. Перестань изображать несчастную ради внимания.

Я не просила эту куклу — хотелось закричать, но я промолчала. Когда я так отвечала, она называла меня неблагодарной, а я не хотела ссориться.

Напряжение давило, пока я украдкой поглядывала на часы. Вовремя мы точно не успеем. В это время дороги забиты.

Если я опоздаю, директор снова сделает выговор. И хоть я этого боялась, еще сильнее я боялась разочаровать маму, как бы ни ненавидела эти фотосессии.

Поэтому я подняла куклу выше и улыбалась, пока лицо не свело болью.

— Сойдет, — отрезала она после нескольких щелчков камеры, все еще недовольная. Ее внимание снова уплыло в телефон, будто приклеенный к ладони. — В машину. Ты опять нас задержала.

Глава 1

Жил-был однажды свирепый медведь и крошечный кролик, которых судьба заперла в одной норе, потому что у вселенной, видимо, отвратительное чувство юмора.

А потом медведь съел кролика. Конец.

— Элли. Нам надо поговорить.

Забыла упомянуть: в этой сказке медведь умел разговаривать.

И зовут его Трэвис Уорд.

Я зажмурилась, пользуясь тем, что стою к нему спиной, и сжала губы в тонкую линию. Кого я обманываю? Убежать не получится.

— Что такое, босс?

И еще: кролик мечтал только об одном — выбраться домой, открыть дешевое вино и смотреть на телефоне реалити, потому что кабельного у нее нет, а неделя выдалась изматывающей.

Когда я увидела Трэвиса сегодня утром, мрачного, как гроза, над перечнем товаров, я сразу поняла: настроение у него так себе. Хотя… для него это обычное состояние — буря в нем не рассеивается.

Какое-то мимолетное преимущество исчезает. Тяжелые шаги по полу, который я только что вымыла, приближаются, будто отмеряя приговор.