В отличие от парней, с которыми я была раньше, он точно знал, как подарить мне удовольствие. Не тратил время на неловкие попытки нащупать клитор — его ладонь сомкнулась на моем горле, и он сжал его крепко. Я даже не читала о таком в книгах, но в тот момент это казалось абсолютно правильным. Он обращался со мной грубо, по-мужски, и при этом целовал мягко и бережно.

Когда мы вернулись за стол, Брайан расхохотался, глядя на следы красной помады на наших лицах. Может, я и должна была смутиться. Может, и смутилась бы. Но его следующие слова развеяли любые сомнения:

— Поздравляю, Сал. Ты наконец-то заполучил девушку.

Через несколько месяцев я спросила Брайана, что он тогда имел в виду.

Он покачал головой, широко улыбаясь.

— Если ты не видела, что Салли сходил по тебе с ума с самого первого дня, я даже не знаю, что тебе сказать.

Теперь я смотрю на своего мужа, замечаю, как он наблюдает за мной, следит за моей реакцией на происходящее, — и снова слышу слова Брайана.

— А вот и звезда вечера, — бармен выходит из-за стойки и протягивает Салли руку. — Всем зашла идея с караоке. Для вас зарезервирован столик прямо у сцены, как вы и просили.

Салли пожимает ему руку и идет следом к импровизированной сцене.

Бар сегодня переполнен, но с наших идеальных мест видно все — каждое нелепое исполнение любимых песен.

Караоке-аппарат небольшой, совсем не такой, какие ставят в барах Нью-Йорка по вечерам вроде этого. Но после слов бармена на входе я уверена — это дело рук Салли. Наверняка заказал его в интернете.

От его заботливости у меня кружится голова и разгорается желание.

С таким потоком клиентов бару стоило бы вложиться в хороший звук и устраивать это регулярно. Если так и будет, я стану приходить сюда каждую неделю — по крайней мере, пока мы живем в Джерси.

Да, с каждым днем я все больше округляюсь, да, я не могу пить, но это именно тот формат развлечений, который я обожаю.

— Ну что, кто поет первым? — Ло оглядывает каждого из нас, чуть не подпрыгивая от нетерпения. Кажется, она взволнована не меньше меня.

— Я всегда хотел спеть что-нибудь из бойз-бэндов, — говорит Кэл. — Например, «I Want It to Be Me».

Ло хмурится, нахмурив брови.

— Что-то тут не так звучит.

Он напевает что-то смутно знакомое и вытягивает обе руки, делая какое-то движение, похожее на танец курицы. Или, если подумать, это может быть танец из «Bye Bye Bye» группы *NSYNC.

— О! — хлопаю я в ладоши, выпрямляясь. — Он смешал «It’s Gonna Be Me» и «I Want You Back». Это вообще-то две разные группы, Кэл.

— А какая из них — та, где подпрыгивают с руками?

— Это «Bye Bye Bye», — подсказывает Ло, прежде чем вскочить и подбежать к листу записи на караоке.

— Ты споешь с ним? — спрашиваю я у Салли.

С усмешкой он притягивает мой стул ближе, не останавливаясь, пока я не оказываюсь зажатой между его ног. Он обнимает меня за плечи и накрывает своей свободной ладонью мою руку на столе.

— Ты ведь знаешь, как я люблю петь в караоке.

Боже, и я знаю. Всегда вот так — его губы у моего уха, слова — хрипом, который существует только между нами.

Я прижимаюсь к нему. И к воспоминаниям, которые рождает это движение. Воспоминаниям почти двадцатилетней давности.

Парень у караоке-пульта ставит песню и берет микрофон сам. Затем, кивнув Салли, начинает петь «All the Way» Фрэнка Синатры.

По коже бегут мурашки, сердце трепещет. Это та самая песня, под которую мы танцевали в ночь нашей свадьбы. Когда мы вернулись домой после скромного приема и поняли, что так и не танцевали, Салли притянул меня к себе и медленно закружил по кухне, напевая ее мне на ухо.

Я забыла об этом. Как такое возможно? От этого открытия сердце на мгновение сжимается, но тут же становится легче — ведь Салли не забыл.

Бар и все в нем растворяются, и я снова там, в той маленькой квартирке на Уэст-Энд. Нашим родителям она не нравилась, и от этого мы любили ее еще сильнее. Заглядывая в глаза своему мужу, я вижу в них калейдоскоп воспоминаний. Ленивые субботние утра в постели. Поздние вечера с бутылкой вина между нами. Судорожные, жадные поцелуи. Ноющие мышцы и припухшие губы. Горячие тела, сливающиеся воедино на диване, на кухонной стойке, у стены.

Соски твердеют, когда он наклоняется ближе и шепчет слова песни мне прямо на горячую кожу.

— Салли, — выдыхаю я. Меня переполняет желание, я горю изнутри. Поворачиваясь к нему, я прижимаю губы к его губам, и теперь он поет слова прямо мне в рот.

Его глаза вспыхивают, на лице — понимающая улыбка. Мне не нужно ничего говорить. Он и так знает. Как и много лет назад, мой муж читает каждый мой знак.

— Моей жене что-то нужно? — тихо спрашивает он, опуская руку мне на колено.

Я выгибаюсь к нему и сдавленно стону.

— Тебя. Сейчас. Пожалуйста.

С улыбкой он отстраняется.

— Веди.

Мы поднимаемся вместе — резко, не делая и вида, что хотим улизнуть незаметно.