— Я сказал, бери, — прорычал сквозь зубы и встряхнул. Отпустил и вложил в ладонь оберег. Грубо сдавил, что камень впился в ладонь. Холод его колючей волной прошёлся по руке. Ладонь запекло, когда Рэйлан сильнее сжал мои пальцы — Мне не нужно, чтобы ты умерла. Я желаю только развода, — продолжил и выпрямился. — Ты мать моей единственной дочери, я не хочу ранить её сильнее, чем это сделала ты. Упрямство сейчас ни к чему. Лириана убита горем и опозорена по твоей милости. Хочешь ещё? Делай, что тебе говорят.

— Это я сделала ей больно? — спросила и горько усмехнулась. Вспомнила тот день, когда он поклялся отцу хранить мою тайну. Покачала головой. Напрасно думала, что могу верить словам этого мужчины.

Чтобы больше ничего не сказала, Рэйлан сделал шаг назад и отошёл.

— В этом камне твоя последняя магия. Сейчас ведь ничего нет. Я это чувствую, тогда зачем отказываться? Чтобы привлечь моё внимание, Таль? — спросил. — Как это глупо. Ты сама заговорила его для меня, но я не использовал. Пусть магия поможет тебе пережить ритуал.

— После всего, что сегодня произошло твоё внимание будет последним чего я желаю. — твёрдо произнесла то, что чувствовала.

Рэйлан криво усмехнулся. Собирался сказать что-то ещё, но король поднял руку. Отдал приказ и стражи засуетились.

Зал снова загудел, собравшиеся зашевелились, качая загустевший от моих эмоций воздух. Только сейчас заметила, что в глубине зала уже стояла чаша из тёмного камня, испещрённая золотыми узорами и рунами драконьих богов.

Руны мерцали, будто пробуждались от долгого сна.

Подготовились, значит.

Опомниться не успела, как один из стражей подхватил меня за руку и потянул вперёд. Воздух стал вязким, комната поплыла, показалось, что даже свет погас, а тени будто вытянулись, обступая меня со всех сторон. Страх за ребёнка коснулся кончиков пальцев и холодом пополз по рукам и спине.

Стиснула зубы и в последний раз обратилась к богам с просьбой. Просила, чтобы этот ритуал не навредил моему сыну, а в остальном теперь решила, что рассчитывать буду только на себя.

Рэйлан взял меня за руку, сжал пальцы, привлекая внимание, но я на него больше не смотрела. Вся сжалась в ожидании момента, когда начнётся ритуал.

В зале стало тихо. Я успела посчитать до трёх, прежде чем пальцев коснулась ледяная магическая вода. Запястье стянуло, тугим жгутом, боль нарастала, магия впилась колючими иглами и принялась медленно вытеснять брачную вязь.

Я чувствовала, как рвётся тонкая нить, натянутая между нами. Она задрожала, вибрацией пошла по телу, а потом натянулась и... лопнула. Боль от потери пошла по всему телу. Разлетелась осколками, ранила.

Меня заколотило. Перед глазами вспыхивали и гасли руны, свет стал резким, режущим, а потом всё потемнело и осталась только гудящая боль.

Рэйлан меня больше не держал, я опустилась на кменный пол. Ноги и руки казались ватными. Дыхание сбилось, голова была в огне, а звуки доносились сквозь толщу воды. Не могла подняться, пошевелиться. Не знала, всё ли со мной хорошо, но одно чувствовала ясно: связь, которая столько лет держала меня рядом с мужем, исчезла.

— А теперь уведите её в мой кабинет. Я закончу с ней чуть позже, — прозвучал голос мужа, ровный и безразличный, как приговор.

2.1 Разговор

В кабинет Рэйлана меня привели под руки двое его стражей. Уложили на диван. Один из них склонился, но так и не решившись коснуться, прочистил горло, чтобы привлечь моё внимание:

— Мне следует отправить кого‑то за лекарем? — спросил и выглядел действительно обеспокоенным, когда я подняла глаза к его лицу. Качнула головой. Опустила веки. Я желала, чтобы они вышли. И моё желание было исполнено.

Когда дверь тихо щёлкнула, а тяжёлые шаги затихли, я открыла глаза. Осмотрелась. Убедилась, что осталась одна, опустила ноги на пол. Глубоко вдохнула и прислушалась к себе. Тело ещё била мелкая дрожь, рука, где недавно была брачная вязь, горела огнём.

Медленно поднялась, приложила руку к животу. Никакого дискомфорта не ощущала, а значит, нужно было действовать дальше. Найти как можно скорее письмо и уничтожить.

В отличие от нашего дома этот кабинет мужа был гораздо больше. Высокие потолки, стрельчатые окна с резными подоконниками и огромный дракон в полёте на стене позади его кресла, вырезанный искусными мастерами королевства. Прошла к его столу, пальцами коснулась холодного дерева. На столе мужа всегда царил порядок, а сегодня он был завален бумагами, воск от свечей залил стол. Я даже смогла представить, что он засиделся над своими делами и, уронив голову на руки, устало прикрыл глаза.

На спинке его кресла висела рубашка. Провела по ней пальцами, и в груди стянуло от обиды, горькой и острой, как осколок стекла. Обошла стол и принялась перебирать лежащие на столе бумаги. Конверт я оставила здесь в один из своих посещений королевского дворца за несколько дней до возвращения мужа.

Тогда я уже знала о его победе.

Тщетно пролистав несколько стопок бумаг, ничего не нашла. Застонала от отчаяния, а затем замерла, когда в руках оказалась бумага о нашем разводе.

Король подписал её ещё неделю назад, а вот подписи мужа пока не было.

Злость охватила, тугими плетьми стянула по рукам и ногам, когда нашла ещё один документ. Зажмурилась на мгновение, поверить не могла, что он так поступил.

Земля моего отца была продана. На миг из-под ног будто ушла опора. Куда же мы отправимся теперь?