Начало

Вечер накануне королевского приема.

Кабинет первого генерала Его Величества Рэйлана Тарвина

—Твоя жена отныне бесполезна, — тишину кабинета встряхнул голос отца. Воздух всё ещё был пропитан металлом и кровью, звенел от напряжения. Где-то в коридоре слышал шаги лекаря.

Сидел за столом, снова и снова касаясь раненого плеча, оно неприятно тянуло. Прошло не так много времени с тех пор, как вернулся с победой, но триумфа не ощущал. Во рту было горько.

— Тебя долго не было, сын! — продолжал он. — А твоя жена ... Магия Таль истлела. Месяц назад она в последний раз наполнила артефакты защиты.

— Те, что уберегли столицу и родовое поместье от магических атак? — спросил и отец нехотя кивнул. — Хорошо, что хватило.

Перед глазами встал образ жены. Моя Таль. Перед отъездом застал её в мастерской. Бледная, с дрожащими руками она наполняла своей магией маленький невзрачный камень, мой оберег. Размером с горошину, обломки, каменная крошка. Заговаривала, вливала свою силу. Слышал, кто-то из моих солдат утверждал, что работают.

Сам же не верил.

Предпочитал надеяться только на себя.

А она шептала слова молитвы, по щекам мокрыми дорожками стекали беспокойство и страх за мою жизнь.

Помню, как поднял руку, провел пальцами по мокрой щеке, собирая её эмоции. Таль любила меня, каждое возвращение наполняла магией, исцеляла и тело, и душу. Больше не сможет.

Встряхнул головой, прогоняя воспоминания, пальцами нащупал в верхнем кармане кителя ту самую защиту. Вытащил тёмно-коричневый камень, покрутил в руке. Бросил на стол перед собой, и он с глухим стуком проскакал по столешнице.

Отец остановил, накрыв ладонью.

Выходит, вот она её последняя магия.

— Земли её отца тоже опустели. — взял в руки мой оберег. Что-то внутри неприятно кольнуло, когда смотрел на свою вещь в его руке. Но остановил это чувство. Всё было неважно. Он покрутил камень, брезгливо поморщился и бросил на пол. — Два дня назад из шахты вытащили последние камни. Больше эти земли не представляют собой никакой ценности — произнёс, возвращая меня в холодную комнату. — Как и твоя жена, — едва слышно добавил.

Но я его услышал. Каждое слово ощутил. Мог представить, как она отдала последнюю магию в один из защитных камней.

Таль. Жена. Когда-то любимая женщина. Единственная дочь и наследница земель у горы Форс, наполненных драгоценными камнями. Она столько лет берегла наш дом, занималась воспитанием единственной дочери, держала в своих руках оставшуюся от отца артефакторику, пока я пропадал на войнах, пока моё имя становилось легендой, а её — стиралось в быту и разговорах слуг.

Интересно, что будет с ней теперь, когда магия истлела?

Шумно втянул воздух, ещё раз коснулся раненого плеча, откинулся на спинку кресла и постучал пальцами по подлокотнику.

Каждый удар отзывался в груди глухим эхом.

— За двадцать лет смогла лишь родить тебе дочь. Но наследника так и не подарила — в очередной раз напомнил отец. Но сейчас его слова имели вес. Я был уже немолод, кто-то должен продолжить моё дело. Тот, кому я отдам всё чего добился: своё место, свои знания, свою силу.

Голос отца стал тише, но резал словно один из его острых клинков. Внутри закипело разочарование.

В себе.

В ней.

— За столько лет не смогла, чего ждать теперь? Она стара и пуста магически. К тому же ей так и не удалось разбудить свою драконицу. — напомнил и об этом. — А без магии и внутреннего зверя Таль ничего из себя не представляет. Стареющая пустышка. Может, боги уберегли тебя от такого сына? Уверен, что она не способна подарить кого-то достойного.

Отец подался вперёд. Глаза горели от нетерпения, пальцы подрагивали, его колотило.

Я устало прикрыл глаза. Знал, почему Таль до сих пор не разбудила внутреннего зверя. Хранил в себе эту тайну.

— Король потерял единственного сына и наследника. Теперь он обратил на тебя свой взор. Ты этого достоин, но разумно ли держать рядом пустышку, когда у тебя впереди такое будущее? — спросил и между нами повисла тишина. Сквозь приоткрытое окно ветер приносил запах дыма. Внутри роились тысячи мыслей. Вспыхивали, гасли. Резали, словно лезвия — Ты ничего не скажешь? — заговорил отец.

На этот раз голос его дрожал нетерпением.

Молчал. Отголоски тяжёлой битвы ещё гудели в голове, тело горело от затянувшихся ран. Но в его словах был огромный смысл. Война забрала единственного наследника и я мог бы встать на его место и защищать королевство.

С этими мыслями я провёл не один день. И впервые за двадцать лет брака по возвращении не отправился сразу к жене, чтобы найти покой в её объятиях. Задержался в замке короля. Присматривался.

— Что у тебя на уме, отец? — наконец спросил, выпрямляясь и открывая глаза.

Взгляд встретился с отцовским — холодным и расчётливым.