— Орки не смогут летать без топлива, — сказал он. — Рапторам предстоит уничтожить склады топлива, обнаруженные Ориаксом. Устраните топливо — и мы приковываем самолёты ксеносов к земле. Если орки будут ждать, чтобы накопить больше, мы выиграем время. Если они поспешат, то оставят свою боевую крепость открытой для бомбардировщиков Моракса.

Кузнец Войны поднял один из своих когтей, угрожающе указав на Валлакса.

— Тебе дана редкая возможность искупить вину, Обер-капитан. Не растрать её впустую.

Валлакс поклонился своему повелителю.

— Я исполню свой долг, Мрачный Лорд.

— Ты сделаешь больше, — предостерёг Андрааз. — Ты вернёшься в Железный Бастион с триумфом. — Голос Кузнеца Войны снизился до угрожающего рычания. — С триумфом, Валлакс, или не возвращайся вовсе.

Брат Улан чувствовал беспокойство, бродя по коридорам Железного Бастиона. Кровь одного мамелюка, подошедшего слишком близко к легионеру, всё ещё капала с перчатки Раптора, каждая капля всасывалась в прото-синтетику, покрывающую верхние залы. Шаги по мехоподобной массе пластиковых волокон напоминали скольжение по поверхности пруда, создавая странное ощущение невесомости. Космодесантник, приученный не просто функционировать, но и сражаться в условиях нулевой гравитации, не находил это чувство неприятным, но Плоть, лишённая такой подготовки, с их хрупкими телами из мяса и суеверий, сочла бы его изнуряющим. Покрытие было одной из более тонких мер защиты в Бастионе против восстания рабов. Ни одна Плоть, сколь бы решительной или безумной она ни была, не смогла бы выдержать воздействие прото-синтетики.

Однако не Плоть сейчас волновала Улана. Даже орды орков не занимали его мысли. Его тревоги были сосредоточены на Железе. А именно — на Обер-капитане Валлаксе.

Интриги против Обер-капитана были безрассудными, теперь Улан это понимал. Валлакс использовал свою власть и положение, чтобы избавиться от Родаана. Надежды, которые полукровка возлагал на Родаана, погибли вместе с капитаном. Они были похоронены с амбициозным офицером там, в пустошах, забытым и брошенным на поле боя.

Часы после возвращения в Вораго дали Улану время обдумать своё положение и будущее. Он осмелился стремиться к амбициям, недостижимым для полукровки-Раптора. Более того, он так цеплялся за эти амбиции, что даже спорил с Валлаксом против разрушения пути отступления. Это было ошибкой. Улан видел подозрение в глазах Валлакса.

Теперь амбиции забыты. Главным в мыслях Улана было выживание. Судьба Родаана ясно показала, как Валлакс расправляется с врагами — по крайней мере, когда они перестают быть полезными. Сейчас Улан изо всех сил пытался найти способ оставаться полезным для своего Обер-капитана.

Истощённый сервитор выскочил из ниши в феррокритовой стене, его корпус был глубоко выгравирован, соответствуя фрескам на стенах. Его измождённое лицо безучастно смотрело из бронзовой оправы, сцены битв покрывали его черты. Один из металлических манипуляторов вытянулся поперёк коридора, преграждая путь. Это было слабое препятствие, Улан мог бы сломать его пополам без труда. Однако это вызвало бы тревогу по всей башне. Коридоры, ведущие к Залу Оратора, были усеяны такими стражами. Те, что выше, были лучше вооружены и ещё хитрее скрыты, предназначенные не просто для проверки заблудшего Железного Воина, но для его устранения.

Улану не нужно было подниматься выше по коридору. Первый сервитор был единственным, кого он искал. Глядя в светящиеся линзы в глазницах сервитора, Раптор произнёс громоздкие уравнения кода Лингва-Технис. В ответ сервитор затрясся, словно в припадке. Когда приступ прошёл, он уставился вперёд, сканируя лицо Железного Воина. Улан не мог отделаться от ощущения, что это не просто машина, что за лицом сервитора на него смотрит жестокий разум.

— Брат Улан, — затрещал вокс-передатчик сервитора. — У тебя есть что сообщить?

Улан кивнул.

— Да, Фабрикатор Ориакс, — сказал он. — Обер-капитану Валлаксу поручено задание от Кузнеца Войны. Он должен возглавить рейд на врага в Диргасе.

— Это мне уже известно, — заявил голос Ориакса.

— Конечно, Фабрикатор, — сказал Улан. — Но вам неизвестно, что Обер-капитан Валлакс считает цель недостижимой. Без помощи. — Железный Воин замялся, сомневаясь, не зашёл ли он слишком далеко. — Я был полезен вам прежде, Фабрикатор. Вы говорили, что, пока я функционирую, у меня есть цель. Валлакс считает свою миссию самоубийственной и планирует соответственно. С должной поддержкой — вашей поддержкой, Фабрикатор — он мог бы…

Статический треск прошипел через динамик сервитора.

— Смирение, Улан-полукровка? Никакого презрения от космодесантника, гордо стоящего в бою против Фабрикатора, погребённого в своём убежище с машинами? Твоя нужда, должно быть, велика.