Собрав огромную силу своего сверхчеловеческого тела, Гамгин оттолкнулся от крыши, преодолев пять метров между вагоном и маг-двигателем. Рукавицы Железного Воина скребли по изогнутой поверхности крыши двигателя, пока инерция поезда тянула его назад. На мгновение казалось, что усилия тщетны, но в последний момент пальцы космодесантника сомкнулись на свинцовом выступе печати чистоты. Годы воздействия загрязнения Кастеллакса закалили печать, придав ей невероятную прочность. На секунду она смогла остановить инерцию Гамгина. Этого времени космодесантнику хватило.

Используя печать как точку опоры, задействовав инерцию собственного тела, Гамгин спрыгнул в отсек маг-двигателя, приземлившись среди пульсирующих силовых катушек и дрожащих поршневых приводов.

Ворвавшись в дверь, отделяющую отсек от кабины управления, Гамгин ворвался к своей цели. Ужаснувшийся экипаж уставился на гиганта, их лица исказились в почти комичных масках шока. Железный Воин выбрал ближайшего человека, размазав его мозги по кабине выстрелом из пистолета.

— Кто ещё хочет оспаривать мои приказы? — прорычал он остальным членам экипажа. С непристойной поспешностью рабы бросились к управлению, снижая магнитный импульс. Гамгин тут же почувствовал, как поезд замедляет ход.

— Выживание — награда за послушание, — сказал Железный Воин побледневшим людям, смакуя каждое слово лжи.

Выстрелы били в бока двигателя — треск автоматного огня, хлопки плазменных зарядов, визг копьеносных гарпунов. Гамгин выглянул через окно из армопласта, наблюдая, как орочьи багги роятся вокруг замедляющегося поезда. Он увидел, как два сооружения из металлолома опрокинулись под напором мчащегося поезда, волочась по его пути из-за тросов, которые их стрелки неосторожно выпустили в двигатель. Янычары на задних вагонах удвоили свои отчаянные усилия отбиться от атак, направляя сокрушительный поток болт-снарядов и лазерных лучей в орду ксеносов. Каждая потеря, казалось, лишь разжигала решимость орков, подстрекая их подбираться ближе к мчащемуся поезду, побуждая увеличивать темп их собственного огня.

Более тяжёлые орочьи машины теперь приближались.

Боевые фургоны и грузовики держались наравне с поездом, забрасывая верёвки и цепи на крыши, чтобы воины-ксеносы могли забраться на вагоны. Янычары отчаянно пытались остановить абордажные действия, но неукротимая живучесть зеленокожих опрокидывала их усилия. Только концентрация огня могла свалить монстров, но, пока они сосредотачивались на одном нападающем, другие успевали взобраться по верёвкам на крыши.

Гамгин отверг обречённую Плоть, глядя вместо этого на массивную тушу боевой крепости. При её текущей скорости передвижная твердыня окажется именно там, где нужно. Железный Воин улыбнулся, глядя на маленький счётчик, отображённый в углу его оптики. Ещё несколько километров, и всё будет на месте.

Сильный удар по крыше двигателя заставил Гамгина развернуться от окна. Рыча от раздражения, он выстрелил из болт-пистолета в потолок, и его выстрелы были вознаграждены болезненными воплями орков. Из противоположного окна он увидел чёрную массу Боевого вагона, кишащую ревущими ксеносами. Высокая мачта с шипованным трапом довершала картину. Кровожадные орки устремились по шаткому переходу, сталкивая своих же товарищей в бездну в своём рвении к бою. Гамгин увидел, как один орк рухнул в пропасть, второй отчаянно цеплялся за поручень стальной конструкции трапа.

Космодесантник решил, что видел достаточно. Приставив болт-пистолет к окну из армопласта, он пробил в нём дыру. Ветер завыл в кабине управления, когда давление в помещении упало. Гамгин проигнорировал бурю и вытащил ещё одну гранату с пояса. Без колебаний он сбросил взрывчатку через окно в кузов вагона.

Двигатель содрогнулся, когда граната взорвалась, осыпая борт поезда шрапнелью. Поражённая машина распалась, её корпус потерял целостность, разлетевшись в вихре металлических обломков и изувеченных тел. Боевые мотоциклы уклонялись от обломков, некоторые ездоки потрясали кожаными кулаками, проезжая мимо обломков.

Громкий топот тяжёлых ботинок по крыше напомнил, что некоторым оркам удалось высадиться до взрыва и выжить после шрапнели. Ярко-алое сияние начало прожигать потолок — пламя мельтагана. Гамгин направил ещё один залп из пистолета вверх, и сияние начало угасать.

— Я вернусь, — прошипел он, глядя на перепуганных рабов.

Его рукавица сомкнулась на двери кабины управления, вырвав её резким рывком. На другой стороне стоял орк, его тело было покрыто сочащимися ранами и осколками металла, в лапах он сжимал огромный молот. Гамгин приставил ствол пистолета под подбородок зверя и разнес его череп.

Оттолкнув дрожащий труп в сторону, Железный Воин бросился на полдюжины зеленокожих, пытавшихся разорвать маг-приводы. Разрывая органы болтовыми снарядами и раскалывая кости боевым ножом, Гамгин был сбит с ног массивным орком, спрыгнувшим с крыши двигателя. Космодесантник рухнул под натиском убийцы, прижатый к металлическому полу платформы.