Нарастающая сила толчков усиливалась, рёв рушащихся зданий превратился в оглушительный гул. Туман пыли и обломков заклубился над устьем ямы, закрывая космодесантникам вид на загрязнённое небо. Теперь к стонам разрушенной архитектуры добавился механический визг могучих двигателей, гул поршней и безумный треск стреляющих орудий.

Рогатый шлем Родаана уставился прямо вверх в замутившуюся пыль.

— Железо внутри! Железо снаружи! — крикнул он, большим пальцем нажимая на руну запуска, и турбины его ранца выбросили его в небо.

Он слышал, как боевой клич повторяют другие Рапторы, взлетая за ним.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы пробиться сквозь серый туман пыли и обломков. В один момент зрение Родаана было поглощено серой пустотой. В следующий — он уже парил в сотнях метров над пылающими улицами Аборо, глядя на циклопическую громаду орочьей боевой крепости. Турели и оружейные батареи торчали из каждого угла колосса, разбросанные в хаотичном беспорядке. Высокие башни, украшенные металлоломом и примитивной геральдикой кланов, щетинились на верхней части корпуса — безумный лес огневых позиций, наблюдательных постов и коммуникационных узлов. Когда Железные Воины взмыли в небо, они видели, как группы орков стреляют по руинам, вымещая свою кровожадность в бессмысленной агрессии. Лишь немногие, достаточно внимательные, чтобы заметить взлетающих Рапторов, могли лишь моргать в открытой растерянности, их дикие мозги теряли драгоценные секунды, пытаясь осознать увиденное.

Прежде чем орки смогли отреагировать, Железные Воины обрушились на них. Пазуриэль врезался в самую высокую башню, давя лицо ошеломлённого орка своим ботинком при приземлении. Мгновение спустя его цепной топор превратил наблюдательный пост в бойню. Гомори приземлился на плоскую крышу зенитной установки, его болт-пистолет разрывал орочью плоть непрерывным залпом взрывных снарядов, в то время как его поражённая рука удлинилась в выпячивающийся хлыст из биостали.

Оставив своих боевых братьев сеять панику среди ксеносов и удерживать их внимание на башнях, Родаан расправил свои полуорганические крылья и ринулся к зияющему жерлу главного орудия, диаметром в добрые десять метров. Бельфегор и Узраал последовали за ним. Все трое Железных Воинов одновременно достигли цели, магнитные зажимы в их ботинках вцепились в поверхность пушки. У Рапторов была лишь секунда, чтобы сориентироваться, прежде чем пули начали рикошетить от поверхности металла. Из мешанины помостков и переходов, прикреплённых к корпусу боевой крепости, появилась толпа орков. Ксеносы гыкали и вопили, стреляя по Железным Воинам.

Бельфегор открыл ответный огонь, каждый выстрел из его болт-пистолета сбивал орка, и изувеченные тела ксеносов падали с помостов, разбиваясь об улицу далеко внизу. Узраал достал из поясного контейнера осколочную гранату и швырнул её в центральную секцию переходов. Взрыв разорвал скученных орков, убивая десятки на месте и заставляя раненых ковылять обратно в крепость. Орки на нижних мостках укрылись, когда на них обрушился дождь обломков и разорванных тел, а те, что были выше взрыва, ослепли от масляного облака дыма.

— Вниз, — приказал Родаан.

Воспользовавшись краткой передышкой, три Раптора укрылись в жерле пушки, используя магнитные зажимы, чтобы спускаться по стволу орудия. Сердца каждого Железного Воина колотились в груди, в ожидании, не решит ли один из орочьих канониров выстрелить, пока незваные гости внутри. Родаан рассчитывал, что их связь не настолько эффективна. К тому времени, как ксеносы передадут такой приказ, космодесантники уже достигнут своей цели.

У основания ствола Родаан выстрелил из плазменного пистолета, выпустив полный заряд раскалённого разрушения в бок орудия. На мгновение металл раскалился добела, а затем рассыпался в чёрный пепел. Железные Воины не медлили. Крепко ухватившись обеими руками, Узраал отключил магнитные зажимы на своих ботинках. Наполовину падая, наполовину прыгая, Раптор ринулся в тлеющее отверстие, пробитое Родааном.

Узраал оказался в оружейной камере огромной пушки, где снаряды, размером с железнодорожные вагоны, были сложены и нагромождены по всему гигантскому помещению. Камера кишела мелкой армией тощих ксеносов — сморщенных карликов, едва достигавших четверти роста своих массивных орочьих хозяев. Ошеломлённые странным повреждением орудия, гретчины всё ещё пялились в оцепенении, когда Узраал ворвался в помещение. Они едва успели вскрикнуть, как Железный Воин направил на них свой огнёмёт, и потоки горящего прометия поглотили ближайших гротов, превращая их в живые факелы.

Уцелевшие разбежались, бросая инструменты и припасы в поисках укрытия. Немногие орки, находившиеся в оружейной камере, злобные погонщики и громоздкие артиллеристы, гавкали насмешки и проклятия в адрес перепуганных гретчинов, а затем выхватывали из-за поясов разномастный набор пистолетов и клинков. Но прежде чем орки смогли вступить в бой, на них обрушились новые враги.