Он говорит такие ужасные вещи, а потом отходит сделать латте, и он прав? Он всегда прав. Я получил тебя благодаря ему, благодаря « Соблазни и уничтожь ». И вот оно снова — царапина от тупой ржавой бритвы, которая кровоточит, когда я её ковыряю, когда думаю об этом.

Я знаю, что ты не мой бойфренд.

Дик снова бросается в атаку, будто хочет  стереть улыбку с моего лица.

— Чувак, — говорит он. — Я же говорил тебе завязывать с плейлистом. И уж точно нельзя его ей отдавать. Пока нет.

— Но у нас всё хорошо. Она практически живёт у меня.

— У неё есть ключ? Она платит половину арендной платы?

Гррр. Я смотрю в окно, а он хватает пакет из “Bloomingdale’s” и достаёт берет. У него руки чистые?

— Чувак, — говорит он. — Ты что, хочешь , чтобы тебе выдали запрет на приближение?

Я. НЕНАВИЖУ. ВСЁ. ЭТО. Мне нужно держать такие вещи при себе. Мистер Биг не ходит за советами к друзьям . Может, твой день рождения станет новым началом и для меня тоже. Больше никаких всезнающих нытиков. Больше никакого Мертво-Глазастого Дика и Мизантропического, блядь, Муни.

— Мне пора, Дик.

— Голдбой, только не реви.

— Тогда не делай вид, будто я псих. Я же не собираюсь врываться в “Botanica” с дюжиной роз или какой-нибудь подобной хернёй. Это плейлист и берет. — И, может, дюжина красных шаров, какие Биг подарил Кэрри, но я хотя бы сейчас понимаю, что не стоит произносить это вслух.

— Скажи честно, сынок. Ты уже с ней спишь, да?

Не его собачье дело. Совсем.  Но да.

— Ну да.

— Ты познакомился с её друзьями?

— Я много тусовался с её соседкой.

— Соседки не считаются, сынок. Она сказала тебе, что между вами ничего серьёзного, так что и ты  не будь серьёзным. Ты с этой девушкой не «встречаешься». Ты её трахаешь. Это разные вещи.

Он наливает чашку кофе, будто мы уже закончили разговор обо мне, и начинает хвастаться каким-то сбором средств на его фильм , который никогда не снимут. Последние дни с тобой — лучшие дни моей жизни. Ты нашла мне дом. Ты не можешь просто так уйти от меня, не лишившись при этом частички души.

Дик стонет.

— Господи. Ты всё ещё думаешь о своём маленьком плейлисте?

— Я всё сделал, как ты сказал, ясно? Я был крутым. И до сих пор держусь отлично. Не беру трубку каждый раз, когда она звонит. Ловушка ревности с Вагиной? Ты был прав. Я её поставил. Сработала на ура. Но мы уже прошли этот этап. Я должен пойти на её вечеринку, и поверь мне, Дик. Она хочет, чтобы я там был.

— Вагина, — говорит он. — Вот что тебе надо сделать. Приведи Вагину на вечеринку.

— У меня есть девушка, мудак.

— Нет, — говорит он. — Хочешь знать, каково это — отмечать день рождения своей девушки?

Да.

— А что тут такого может быть?

— Ты должен забронировать столик в каком-то пафосном месте, куда девчонкам непременно надо попасть, потому что они видели его в “Page Six” или в каком-нибудь другом сраном журнале… — Ты не хочешь ужинать со мной наедине. — А после того, как ты оплатишь ужин, потому что, конечно, это на тебе, она же твоя девушка … Ну, тогда тебе ещё предстоит притащить капкейки, которые ты купил в “Магнолии”. Потому что она точно сказала тебе взять капкейки… — Ты меня не просила купить капкейки. — Ты должен держать её за руку в такси по дороге на вечеринку, потому что тёлки в свой день рождения сходят с ума, сынок. Она не войдёт туда без своего парня. Особенно если пригласила всех парней, которых когда-либо встречала.

— Она сказала, что придут в основном девчонки.

Зря я произнес это вслух, но он пропускает информацию мимо ушей.

— Малыш, — говорит он. — У тебя нет  девушки. И не будет, пока ты не научишься, блядь, отступать. Ты — добыча. Когда дело касается Джо, блядь, Голдберга — либо всё, либо ничего. Либо разорись, либо вали домой. Заставь её понять, что молоко без коровы она не получит… Что бы там ни было.

Я не очень понимаю метафору с коровой и молоком, но Дик, возможно, прав.