Мой мозг работает на полной скорости, и почему? Мы это сделали. Ты дрожала. Ты ахала. Если это выглядит как утка и ходит как утка… Но Миранда изображала оргазм с тем милым офтальмологом, и не сделала ли ты то же самое? Ты притворилась? Ты кончила, Вэйл? Кончила? Девушки кончают первыми? Ты не обнимаешь меня так, будто хочешь ещё, но может, это потому, что ты и правда не  притворялась. Может, ты удовлетворена и вымотана. С другой стороны, ты дышишь ровно и уже не такая вспотевшая, как сначала. Хотел бы я быть одним из тех парней, которые отключаются сразу после оргазма. « Мне это правда было нужно » — это не « Это был лучший секс в моей жизни ».

Мне кажется, со мной что-то не так, Вэйл. Мой мозг не умирает так, как должен умирать мозг нормального мужика после секса. Я не хочу быть этим парнем, этим тревожным вуди-алленовским невротиком. Хотел бы, чтобы у нас были крекеры “Saltines” или сигареты. Я говорю это вслух.

— Хотел бы, чтобы у нас были “Saltines” или сигареты.

Ты не смеёшься.

— Ха, — отвечаешь ты. — Если бы.

Ты не звучишь как женщина, у которой был лучший оргазм в жизни, и я не чувствую себя мужчиной, который его тебе подарил. Был ли он? Был ли? Ты зеваешь и отворачиваешься от меня. Стой. ТЫ ДУМАЕШЬ, Я СМОГУ, БЛЯДЬ, СЕЙЧАС УСНУТЬ?! Ты уже спишь мёртвым сном — это хороший знак? — а я смотрю на стены и сравниваю себя с Билли Кристалом и Винсом Воном — отвалите, ублюдки — и в конце концов солнце встаёт. А потом и ты.

— Как спалось, Джо?

— Отлично!Ты берёшь старый номер « New Yorker », и я чувствую себя парнем, которого хватило на одну, блядь, серию. Я был настолько плох, что ты начала читать ?! Мне что, надо было незаметно встать и приготовить тебе завтрак? Ты не смотришь на меня, когда вздыхаешь.

— Ну и какие у тебя планы на сегодня?

Это намёк?

— Много всего, — говорю я. — Поэтому мне пора валить отсюда.

Ты перелистываешь страницу и фыркаешь.

— Ну, тогда бывай. Не буду тебя задерживать.

Ты не Кэрри, а я не Биг, и было ли всё это просто ролевой игрой ? В зале, в раздевалке, Дик однажды сказал, что большинство девчонок не могут кончить в первый раз. Но потом ты демонстрируешь ей утренний стояк, Голдбич. Я не могу этого сделать — я мягкий, — и я что, облажался? Я облажался. Существует способ уйти так, чтобы ты захотела продолжения, но я не могу найти его в этой крошечной спальне. Я ударяюсь пальцем ноги о твою дурацкую тумбочку с « New Yorker », а ты не спрашиваешь, в порядке ли я, и я ненавижу себя за то, что хочу, чтобы ты спросила, в порядке ли я.

— Я в порядке, — говорю я. — Слегка стукнулся.

— Ага, — говоришь ты. — Спальня не самая лучшая, но она моя….

Я помню время, когда «моя» звучало сексуально.

— Да, понимаю. Мне тоже нужно новое жильё.

Ты фальшиво зеваешь, как тётушка, или учительница, или старушка в автобусе, застрявшая наедине с психом, и не притворялась ли ты и во время оргазма? Ты закрываешь «New Yorker».

— Если хочешь переехать, лучший способ найти квартиру — просто гулять по городу. Мы с Син так и нашли нашу.

Ничто никогда не звучало для меня лучше, чем прогулка по городу с тобой, но я натягиваю штаны, как мудак с твоего плаката «Свингеры».

— Да ну?

— Ага, надо выделить на это целый день. Проникаешься районом, заходишь в какое-нибудь интернет-кафе и смотришь Крэйглист… Это даже весело. Как охота.

Кажется, ты хочешь делать всё это вместе со мной, и я тоже этого хочу, но ты не говоришь об этом прямо, и я не могу сказать прямо. Я беру единственную книгу в этой комнате.

— А, — говоришь ты. — Это моя любимая.

« Простите, я пойду поцелую этого парня ».

Одно только название… Будто ты хочешь быть Кэрри, закрыть глаза на настоящую любовь, чтобы стать королевой поцелуев с Манхэттена.

— Книга про знаменитые тексты песен, которые все неправильно воспринимают в реальной жизни. Типа это не «простите, я пойду поцелую этого парня», а «извините, я поцелую небо». — Ты перекидываешь волосы на одно плечо, будто сидишь в баре и пытаешься подцепить незнакомца. — Хороший задел для светской беседы, знаешь?

Нет, не знаю, и притворилась ли ты? Я притворяюсь.

— Звучит круто. И кто ж не любит Джими Хендрикса?

Ты кусаешь губу, будто я сказал что-то не то, будто у тебя вообще нет никаких чувств к Джими Хендриксу, и, может, у нас нет ничего общего.

— Ну, дело не в нём…. Скорее речь идёт про недопонимания, Джо. Про то, что мы слышим и то, что мы навоображали и даже не осознаём этого, пока… Я такое люблю. Недопонимание и попытки читать между строк. Тебе кажется, что ты знаешь песню, мир, человека — а потом бац… оказываешь, ты всё это время ошибался.

— Шлюхи де вар.

— А?