— Слушай, — продолжаешь ты. — Я знаю, это было странно, когда я такая: «Да, бариста, присоединяйся к нам».

Неверно. Это мы присоединились к нему.

— Да, это было немного странно.

— Но сейчас — сейчас, верно?

— Сейчас — сейчас.

— И это я… Я занервничала и распереживалась, потому что ты явился во фланели. А когда я чувствую, что меня отвергают, я могу быть немного… В смысле, ты должен понимать, что этот парень меня не привлекает. Вся эта его история с «я-я-я, качок с мечтой» — это точно не моё .

— Ну, приятно это слышать.

Мы приближаемся к главному, и ты улыбаешься.

— Хорошо, — говоришь ты. — Потому что всё это… я занервничала. Так же, как ты. Так же, как все в этом городе, в этом мире. В смысле, со всеми такое случается. И в данном случае… я ужасно себя повела, и мне жаль. Я отстой.

Да, по мнению Муни, а мне ты такая нравишься  — испуганная и заботливая, ковыряющая мятную конфетку, прилипшую к твоей кредитке. Я беру карту. Провожу ею, и Боб Дилан снова начинает стонать. Атмосфера меняется. Становится легче.

Ты ухмыляешься.

— Подожди, — говоришь ты. — Ты что… это сейчас крутится на повторе?

Я мог бы сказать, что проигрыватель сломан. Но зачем. Все какают, и я на самом деле не  лузер, детка. Я парень, который стоит здесь, с тобой.

— Именно так, Ситком.

Ты проводишь пальцами по волосам.

— Так когда ты заканчиваешь?

ЗАКАНЧИВАЕШЬ. Пусть женщина будет женщиной, а мужчина — мужчиной.

Вот оно. Серендипити.  Дубль два. К чёрту всё остальное.

— Примерно через пять минут.

Ты облизываешь губы.

— Ну, Синтия всё равно в загуле.— Неужели.— И это значит, что квартира полностью в моём распоряжении. И… это глупо, но сегодня воскресенье, и наш проект возобновляется сегодня вечером, сериал, и мне вроде как нравится идея начать смотреть новый сезон с тобой.

Я хочу начать новую жизнь с тобой и я в деле, но тут слышится зов сзади, из темноты, которая хочет оставить меня себе — на том самом месте, которое больше не кажется моим, теперь, когда ты снова здесь. Голос, который я не могу игнорировать.

— Джозеф!

8

Всё то время, пока я был в кабинете Муни, защищая тебя и твою скатологическую детскую книжку  и обещая разобраться с Ангусом, я был там только наполовину. В основном, я смотрел в маленький телевизор — на запись с камеры наблюдения. Дилан всё ещё тихо пел, а ты там поправляла макияж, достав карманное зеркальцо и нервничала от перспективы провести эту ночь в одиночестве .

Мне это было нужно, Вэйл. Взгляд украдкой на тебя в твоей собственной пыточной камере. И мы это сделали!

Я ушёл с работы, как и обещал, и мы на улице. Рука об руку. Идём на север к “Serendipity”, к замороженному горячему шоколаду… к сексу. Я чувствую себя спокойнее. Больше никаких маниакальных записей в Молескин, как у репортёра. Мы теперь знаем друг друга немного лучше, и это ощущается по-другому. Как будто я был прав, сильно упав духом, потому что теперь могу высоко взлететь.

— И ещё одно, — говоришь ты, всё еще негодуя из-за моего босса. — Даже то, как он произносит твоё имя. Джозеф . Он полный мудак, и я так рада, что ты оттуда выбрался.

Мне не нравится, когда ты называешь его мудаком, но мне нравятся твои ярко-розовые бретельки. Те же самые, с ночи, когда мы не добрались до “Serendipity”. Ты пришла сюда, чтобы начать заново. Тот же наряд, меньше макияжа.

— А самое смешное в этом, Вэйл… я вовсе не Джозеф. В свидетельстве о рождении у меня стоит просто Джо.

Ты раскачиваешь мою руку и улыбаешься.

— Моё второе имя — Колорадо, потому что я была зачата…

— В Вэйле, Колорадо.

Я чувствую, что мы становимся ближе, пока ты с жаром извиняешься за свое поведение в Индии. Тебе было скучно с тем баристой , потому что он напоминает тебе родителей, которые вечно трындят про какие-то ебучие поездки. Я цитирую свою любимую строчку про поездку в Сан-Франциско из « Душераздирающего творения ошеломляющего гения », и ты сжимаешь мою руку так сильно, что она вот-вот сломается.

— Может, мне стоит это прочитать, Джо.

— О нет, не стоит. И в этом нет ничего постыдного, Вэйл. Все какают.

Ты сжимаешь мою руку ещё сильнее.

— Знаешь, Джо, то, как ты решил проблему со своим боссом, как ты быстро соображаешь…

Твой голос затихает, и я понимаю, куда ты клонишь, где ты хочешь, чтобы мы были, и ты права. Я буду очень хорошим мужем, и тебе захочется тянуть меня за волосы, пока я буду тебя трахать.

А потом ты выпаливаешь:

— Из тебя вышел бы отличный ассистент. У тебя есть всё, что для этого нужно.