— Ты можешь рассказать мне о чём угодно.

— Ну, окей, да, я спала с ним несколько раз.

Я знаю.

— Я вроде как догадывался. И я понимаю, Вэйл. Между вами, ребята, что-то было.

— Да, но, Джо, это была не просто интрижка, понимаешь? Он рассказывал мне о всяком. То есть я знала его. Наркотики и вся эта игра в “крутого парня”… Он всегда пытался убежать от себя.

ПОТОМУ ЧТО ОН БЫЛ ЁБАНЫМ МУДАКОМ.

— Да… Да, я понимаю.

— Могу я рассказать тебе кое-что, что он сказал мне по секрету? И ты не осудишь меня за то, что я делюсь его секретом?

Ты, кажется, не понимаешь, как работает смерть, но это даже мило.

— Я никогда не буду тебя осуждать, Вэйл.

— Ну, дело в том, что он прямо просил меня не говорить тебе об этом.

Подожди-ка. Он послал тебе телепатическое сообщение? Он сказал тебе, что я убил его, или оставил какое-то нелепое письмо, утверждающее, что копы должны проверить меня в случае его ёбаной смерти?

— Окей.

Ты глубоко вдыхаешь и тянешься за ещё одним капкейком. Это нелегко. Я знаю, ты вот-вот выложишь мне всю правду-матку. Но нам это необходимо. Следует выпустить демонов, чтобы они улетели домой, в Ад.

— Серьёзно, Вэйл, нет ничего, что ты могла бы сказать, что меня расстроит.

Тебе это нравится. Ты касаешься меня.

— Спасибо.

Ты поднимаешь одеяло. То, что ты привезла аж из Беверли-Хиллз.

— Ладно. Когда Дик был маленьким, он попал в аварию с газонокосилкой, знаешь, есть такие самоходные газонокосилки.

Не думал, что история пойдет в этом направлении, но я киваю, будто так и надо.

— Ого.

— Это было ужасно. Он, типа, думал об этом постоянно, и я вроде как стала первой девушкой, с которой он вообще смог об этом поговорить, уж не знаю почему.

Он мертв, но ты говоришь о нем так, словно он жив. И это тоже пройдет.

— Ну, с тобой легко говорить, Вэйл.

Среди всего прочего, но нет. Я не буду таким эгоистом, только не сейчас.

— Ладно, — продолжаешь ты. — Так вот, его отец сидел на косилке, за рулем, и, думаю, именно поэтому он вырос таким… Ну, само собой, поэтому он настолько неуверенно чувствовал себя среди парней. Непроработанная злость на отца — впрочем, ты об этом и так знаешь. Весь этот спектакль, который он устраивал, эта его напускная мачистская гипермаскулинность…

Видишь? Это уже проходит. Ты говоришь о нем так, будто его уже нет — а его и правда нет, благодаря мне.

— Порой он сильно перебарщивал.

— Знаю, — говоришь ты. — А этот его бесконечный поиск женщин… так нелепо, правда?

Ты умная, ты всё подмечаешь, и мы в безопасности внутри нашего снежного шара. Свободны. Я глажу твою руку и целую её.

— Согласен.

— В общем, та авария… Дик был совсем малюткой, просто лежал на траве, занимался своими делами, играл с солдатиками “G.I. Joe”, бедный ребенок…

У меня никогда не было лужайки, солдатиков” G.I. Joe” или отца, который стриг газоны, но да. Давайте пожалеем Дика.

— …И тут его отца отвлек сосед, и он просто… переехал собственного сына…

Мой отец иногда давал мне сигареты на завтрак.

— Это было ужасно, Джо.

— Я понятия не имел.

— И ему пришлось делать операцию на его… ну, ты понимаешь…

— На мужском органе.

Я не верю в это, Вэйл. Это ни разу не всплывало в твоих откровенных сообщениях. Ты на ногах, и с тобой всё в порядке. Даже если это правда, даже если у Дика были проблемы. Всё было не так уж плохо. Это не мешало ему встречаться с половиной женщин этого города.

— Джо, я просто скажу как есть. Операция прошла неудачно. У него не получалось полноценного семяизвержения.

Я видел фотографии, Вэйл. Получалось.

— Что ты имеешь в виду?

— Это называют сухой эякуляцией  или как-то так. Он возбуждается, доходит до пика, но ничего не выделяется. То есть у него никогда не будет детей. Из-за этого он и бегал от одной девчонки к другой — чтобы не рассказывать им о своих проблемах. Вот почему я так опешила, когда ты сказал, что у него появилась постоянная девушка.

Нет. Ты не опешила. Ты приревновала. Ты позвонила ему.

— Я понятия не имел.

— Она была милой?

ОН МЕРТВ, А ОНА ВЫДУМАННАЯ.

— Не знаю. Я в итоге так с ней и не встретился. Когда я видел его в последний раз… даже и не припомню уже.