Я подумывала заскочить в «Сыны Адама» за сырными палочками с моцареллой, прежде чем идти домой. Желудок согласно заурчал, но для этого пришлось бы тащиться через весь город и пройти мимо «Реликвии Рафаэля». Я не была уверена, что готова к этому, хотя мне и было любопытно, что стало с лавкой торговца.

Нанял ли Захария кого-нибудь на место Абрама?

Именно так он бы и поступил, если бы лавочника казнили по его приказу. Я видела подобное не раз: и здесь, в Ниневии, и в Хираме.

В конце концов, боль в затылке перевесила любопытство, и я направилась на север по улице Процессий. Я ожидала, что на обратном пути, избавившись от бремени клинка, почувствую себя немного свободнее, но по какой-то причине нервничала еще больше. Энергетика казалась нестабильной, почти жестокой.

Я ускорила шаг, жаждая поскорее отгородиться стеной от внешнего мира, но поравнявшись с первыми клубами в начале Аллеи Грешников, остановилась. На земле валялась брошенная вязаная шапка. Я нагнулась, чтобы поднять ее, и узнала вещь. Это была шапка Тори. Затем я заглянула в переулок и увидела четверых мужчин. Их темные силуэты вырисовывались на фоне электрического уличного света. Они стояли кругом над фигурой, свернувшейся на земле в позе эмбриона.

Это точно был Тори.

— Эй, уебки! — завопила я и бросилась к ним. — Оставьте его в покое!

Мужчины обернулись, и, увидев меня, расхохотались.

— Топай дальше, красотка. Тебя это не касается, — сказал один из них.

— Это у вас тут конкурс по замеру членов? Вы возбуждаетесь, избивая тех, кому и так в жизни не повезло? Чувствуете себя крутыми мужиками?

Они нахмурились.

— У нас приказ, цыпочка. А теперь вали отсюда.

— Приказ от кого? Я знаю, что не от Захарии.

И если бы он узнал, что такое творится прямо за дверями его клуба, он бы прикончил всех четверых и пропустил через измельчитель для веток.

Один из них шагнул ко мне, и я вытащила пистолет. Он поднял руки.

— Тише, тише, — примирительно сказал он. — Не балуйся со спусковым крючком. Мы просто выполняем работу Господа.

Габриэль использовал это выражение, когда выполнял приказы Захарии.

— Хотите сказать, что вы здесь по приказу другой семьи? — спросила я.

Мужчина рассмеялся, но в его смехе скользило недоверие. Словно он не мог поверить, что ему приходится возиться со мной.

— А ты кто такая? Полиция нравов, что ли? — хмыкнул один из них.

— Вы калечите моего друга, — отчеканила я. — И вам здесь не место. Уебывайте из моего района.

— Опусти пушку, милочка.

Голос прозвучал у меня за спиной. Я обернулась и уткнулась лицом прямо в дуло пистолета. С неохотой я бросила свой на землю.

Блядь.

Откуда он вообще взялся?

— Пни-ка его вон тем моим приятелям, а? — попросил он.

Мой взгляд метнулся от мужчины к моему пистолету. Технически, это было не единственное мое оружие. У меня была магия, но ни один из этих парней не испытывал похоти, так что мне не за что было зацепиться, чтобы взять их под контроль. Нехотя я сделала, как он велел, наблюдая, как мое единственное оружие скользит по асфальту. Один из четверки подобрал его.

— Хорошая девочка, — сказал ублюдок у меня за спиной, а затем его липкая ладонь опустилась мне на затылок.

Он сильно надавил, и я вжала голову в плечи, чтобы хоть как-то ослабить боль. Возможно, было бы не так хреново, если бы вчера я не ударилась головой.

— Дело сделано? — спросил он остальных четверых.

К моему ужасу, тот урод, что подобрал мой пистолет, направил его на Тори и нажал на спусковой крючок. От удара пули тело Тори содрогнулось. Я закричала, но ладонь мужчины тут же жестко зажала мне рот. Я ненавидела это ощущение чужой шершавой руки на своих губах. Я бы впилась в нее зубами, если бы не дуло пистолета, упирающееся мне в спину.

— Пошла, — приказал он, и я повиновалась.

Его грубая рука соскользнула с моего рта и вернулась на затылок, но ствол так и не сдвинулся, пока он тащил меня к ожидавшему внедорожнику. Он затолкал меня внутрь и сел рядом. Остальные четверо завалились в машину, и прежде чем двери успели закрыться, водитель втопил педаль газа в пол, уносясь по улице Процессий прочь из Ниневии.

— Куда вы меня везете? — спросила я.

— Ты спрашивала, кто нас послал, — ответил один из них. — Вот мы вас и познакомим.

— Надень на нее мешок, — скомандовал ублюдок рядом со мной.

Секунду спустя мой мир погрузился во тьму: кто-то натянул мне на голову мешок. Руки не связали, но пистолет по-прежнему упирался в бок, так что я не двигалась. Я не столько боялась, сколько злилась и хотела поскорее добраться туда, куда эти придурки меня везли. Если они работают на одну из семей, их ждет охуенный сюрприз, когда они снимут с меня мешок, и мне до дрожи хотелось насладиться последствиями.

Кто-то включил радио, чтобы разбавить тишину. Через пару минут один из них начал подпевать. Затем подключился второй, третий, пока все они не принялись горланить песни вокруг меня.

— Полный пиздец, — пробормотала я.