Возляг на алтарь моего заточения,

Окропи ступени жертвенной кровью.

Разбей оковы, что держат меня,

И сокруши багряные врата!»

Я почувствовала вкус крови, и когда она обволокла мой язык, ко мне вернулись силы. Подняв глаза, я обнаружила, что стою на коленях перед входом в огромную пещеру.

Тьма тянулась ко мне.

И я поднялась ей навстречу.

ЗАХАРИЯ

— Простите, что беспокою вас, мистер Зареф, — сказала Колетт Д’Арси. — Но я волнуюсь за Лилит. Она еще не вернулась домой и не берет трубку.

Тревога накрыла меня пугающей тенью. Страх засел внутри, словно инородное тело. Я хотел вырвать его из себя, но знал, что есть лишь один способ это сделать.

— Я найду ее, — сказал я.

Горло сдавило, когда я дал это обещание и повесил трубку.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ЛИЛИТ

Когда я очнулась, это было похоже на всплытие из темного омута. Я почувствовала, как выныриваю на поверхность, как пробуждается мое тело, и осознала, что лежу на кровати, а моя одежда влажная. Голова раскалывалась. Мозг пульсировал, словно разбух и больше не помещался в черепе. Мне потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, что произошло. Пришлось продираться сквозь воспоминания, омраченные моим странным сном о пустыне.

Это было продолжение предыдущего сна, и все казалось таким реальным. На языке скрипел песок, губы пересохли. Я попыталась сглотнуть, но во рту не было ни капли влаги.

Мне нужно было попить.

Я открыла глаза и увидела высокий, затененный потолок. По светильнику в центре, плетеному шару из ротанга, я поняла, что нахожусь в комнате Габриэля и Эстер. Я чуть приподняла голову и мельком увидела Захарию, стоящего в углу. Одна рука была скрещена на груди, другая поднята. Он задумчиво потирал большим пальцем губы.

Я прошептала его имя, и он перевел на меня взгляд, но не подошел. Он опустил руки и открыл дверь, заговорив с кем-то. Секунду спустя он отошел в сторону, впуская в комнату пожилого мужчину.

Я узнала его сразу. Его звали Люк Моргенштерн, но все называли его доктор Мор. Это был немолодой мужчина с короткой стрижкой с проседью и черными усами. Кожа под линией челюсти обвисла, из-за чего казалось, что он вечно хмурится, хотя на самом деле он всегда был жизнерадостным.

Я давно о нем знала, но лично познакомилась только после переезда в Ниневию. Он работал на Захарию и лечил людей из его круга. Когда мне было семнадцать, я попросила противозачаточные. Ну, пришлось просить его через Захарию, что было чертовски неловко, но я их все равно получила. В Хираме я была далеко не единственной, кто прибегал к его услугам. И речь шла не только о женщинах.

Церковь и пять семей обожали указывать женщинам, что им делать со своими телами. Но втайне они шли на все, лишь бы замять скандал, включая оплату подпольных абортов.

— Мисс Левиафан, — произнес доктор Мор, подойдя ближе. — Как вы себя чувствуете?

— Как будто долбанулась головой, — ответила я, медленно садясь.

Я свесила ноги с края кровати, но волна головокружения заставила меня остаться на месте. Я закрыла глаза, пытаясь поймать равновесие, но даже тогда мне казалось, что они плавают у меня в черепе. Это чувство опустилось в живот, вызвав приступ тошноты.

— Осторожнее, — сказал доктор Мор. — Голова кружится?

— Немного, — ответила я, не открывая глаз.

Я протяжно выдохнула.

— Тошнота?

Я кивнула. Я не хотела говорить из страха, что меня и правда вырвет. Однако через несколько секунд это чувство прошло. Я открыла глаза. Доктор Мор поставил свою сумку на прикроватную тумбочку и открыл ее. Он вытащил пару нежно-голубых перчаток.

— Что случилось? — спросил он.

Я бросила взгляд на Захарию, который все еще был в комнате. Я знала, что он задержался именно по этой причине.

— Меня вытащили из машины за лодыжку, — сказала я. — Я ударилась об асфальт.

— Кто вытащил тебя из машины? — спросил Захария. В его голосе лязгнул металл, давая понять, что он в ярости.

Я посмотрела на него и тут же об этом пожалела: резкая боль прострелила от затылка прямо в глаза.

— Блядь, — пробормотала я, потянувшись к самому больному месту на голове, но доктор Мор меня остановил.

— Постарайтесь не трогать. Я сейчас посмотрю. Как насчет того, чтобы подождать, пока вы немного отдохнете, прежде чем засыпать вас вопросами? — предложил он, свирепо зыркнув на Захарию поверх очков.

— Все нормально, — процедила я сквозь зубы. — Мне не следовало двигаться. — Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. — Это был Берк, — сказала я. — Он дернул меня, и я вылетела из машины. Все произошло так быстро, что я ничего не успела сделать, только приземлиться.

Пока я говорила, доктор Мор посветил мне в глаза фонариком, а затем ощупал затылок. Место, которым я приложилась об асфальт, болезненно отозвалось, и я со свистом втянула воздух сквозь зубы.