Мами величественно замерла в массивном арочном проеме. Безупречный макияж, бриллиантовые украшения — она никогда в жизни не покидала спальни без полного парада. Мами искренне презирала женщин, пренебрегавших косметикой и укладкой, считая их серыми замухрышками. По ее твердому убеждению, таким дурнушкам вовек не подцепить крупную рыбу — и в этом была доля истины. Впрочем, щеголять в простых джинсах и свободной футболке оказалось на удивление приятно. Чертовски комфортно.

— Папи только что закончил телефонные переговоры с одним очень близким другом, и у меня прекрасные новости! — Мами с чувством всплеснула унизанными перстнями ладонями: — Антонио прибудет с минуты на минуту!

— Прямо сейчас?! — Я резко подобралась, со всего маху врезавшись коленом в край столешницы. Всё внимание снова сфокусировалось на мне.

— Ай, нет, миха. Он прибудет через пару дней, но рейс уже согласован. Всё наконец-то свершится.

Я перевела взгляд на Таллулу; та лишь выразительно закатила глаза к потолку.

— А о ком вообще речь? — озадачилась Джасмин.

— Ах, храни тебя господь за этот вопрос! — Мами буквально подлетела к Джасмин, стиснула её в объятиях и опустилась на соседний стул. — Будущий муж Айви Джейд почтит нас своим визитом на свадьбе уже в эти выходные. Он врач. Сказочно богат. Его семье принадлежит целая сеть частных клиник.

— Будущий муж? Разве это не делает его твоим женихом? — ещё сильнее запуталась Джасмин, глядя на меня.

— Нет… — процедила я сквозь зубы.

— Именно так, — сладко улыбнувшись, перебила меня Мами с непререкаемым кивком.

— Я вообще-то с ним ещё ни разу в жизни не виделась, — буркнула я, опускаясь обратно на стул и принимаясь за очередную бонбоньерку. — Хотя знаю о нём буквально всё. Рост — метр девяносто, жгучий брюнет, фанатеет по бейсболу и панически боится крупных хищных кошек. — Я равнодушно пожала плечом, перечислив лишь жалкую крупицу из навязанного мне досье — не говоря уже о его страсти к коллекционированию старинных мечей и прыжкам с парашютом.

— Это будет любовь с первого взгляда, уверяю вас, — безапелляционно заявила Мами.

— Я решительно ничего не понимаю… — Джасмин снова воззрилась на меня, и если уж даже ей стало не по себе, дело принимало совсем скверный оборот.

Стыд липкой волной подкатил к горлу:

— Всё в порядке. Мами права. Это будет любовь с первого взгляда. Всё сложится просто чудесно. Ей в таких вопросах всегда виднее…

— А как же твоя татуировка? — с ехидным прищуром вклинилась Таллула, намеренно наступая на самую болезненную мозоль. — Что, если Антонио она придётся не по вкусу?

Я яростно двинула ногой под столом, целясь Таллуле по голени.

— Ай! Господи боже, Айви Джейд! — истошно взвизгнула Джасмин.

Упс! Промахнулась ногой!

— С татуировкой проблем не возникнет. Мы всегда можем свести её ради Антонио, — отрезала Мами.

— А как же сама Айви Джейд? — мягко подала голос Холли, и в её взгляде промелькнуло искреннее сочувствие.

— Всё нормально. Всё чудесно, — поспешила я замять тему, лишь бы не устраивать публичного скандала.

Мами снисходительно рассмеялась:

— Всё это делается исключительно ради Айви Джейд. И ради Папи. И ради меня! Это благо для всей нашей семьи. Так или иначе, он прибудет аккурат к ужину после репетиции. Я уже переговорила с его матерью и отцом. Они передали, что он прямо-таки сгорает от нетерпения познакомиться с тобой лично! — прощебетала она с неподдельным восторгом.

Таллула тяжело вздохнула:

— А он не может явиться на какой-нибудь другой неделе?

— Исключено. Антонио готов к браку прямо сейчас. И Папи тоже готов. — Мами воодушевлённо поднялась на ноги.

— Может, тогда Папи сам выйдет замуж за Антонио?.. — еле слышно пробормотала Холли себе под нос, и я готова была поклясться, что этот комментарий расслышала только я.

— Густав создаёт семью, а теперь настала твоя очередь. Никаких больше отсрочек. Помнишь наш уговор? — Мами одарила меня дежурной ледяной улыбкой, вложив в последнюю фразу едва уловимый металл. На людях она обязана была оставаться безупречно лучезарной и ни в коем случае не портить фасад показного благополучия.

Эти непомерные ожидания, которые она методично вдалбливала мне в голову с девятнадцати лет, осточертели мне до тошноты. Но что я могла поделать? Откажись я идти под венец с Антонио — и Мами с Папи в два счёта перекроют мне кислород, точно так же, как поступили с Густавом, а мой трастовый фонд безжалостно пустят на какой-нибудь очередной высокодоходный проект. Потому что именно этим я для них и являлась. Проектом. Выгодной инвестицией в приумножение семейного капитала. Складывалось стойкое ощущение, будто меня насильно выдернули в дремучее средневековье века эдак пятнадцатого. Читать о подобном в романах — это одно, но вот проживать судьбу Марии Стюарт на собственной шкуре мне даром было не нужно. Сбеги я сейчас — какую ценность я вообще способна принести этому миру? Я не знала ответа и была свято уверена, что попросту не выживу без того ослепительного комфорта и роскоши, в которых купалась с пелёнок.

Но с другой стороны… разве Хай Джинкс не пошёл наперекор всему?

Роман Найт.

Существует ли настоящее счастье за пределами золотых гор и красивых тряпок? Возможно, ответ и был положительным, но мне было до ужаса, до одури страшно проверять это на себе.