Когда Таллула спросила, не помогу ли я ей упаковать свадебные бонбоньерки для гостей, я вызвалась с такой готовностью, будто меня спасли от расстрела! Я искренне надеялась, что мелкая моторика выбьет из головы дурман от того, каким нежным и чутким Хай Джинкс оказался вчера ночью. Да, он язвил на каждом шагу, но при этом был до странности милым… той редкой, незнакомой заботой, к которой я совершенно не привыкла. В нем определенно сквозило нечто такое, что оседало на мне сладкой истомой, словно ударная доза снотворного. От этого мысли путались, тело становилось ватным, и почему-то я до мурашек отчетливо помнила каждый сантиметр своей кожи, к которому он прикасался. Я до сих пор физически ощущала его ладонь на своей талии, когда он притянул меня к своей мощной груди.

Память неумолимо подсовывала мне его дурацкое лицо.

Это дурацкое, раскрашенное лицо.

Синие глаза и дьявольски порочная усмешка.

И ведь он был чертовски хорош собой. Правда же? Думаю, я имела полное право признаться себе в этом. Ну то есть меня еще никогда в жизни не тянуло к подобным парням: забитый татуировками, уличный артист, почти мой ровесник — и при этом тонко чувствующий. И было что-то невероятно трогательное в том, как ревностно он защищал меня вчера, поминутно проверяя, все ли со мной в порядке. От одних только воспоминаний в груди разливалось обжигающее тепло.

— Что тебя гложет, Айви Джейд? — вырвала меня из транса Таллула.

Она, Холли и Джасмин тоже сидели за столом, собирая подарочные сувениры. Я благополучно забыла об их существовании, целиком запершись в своем розовом мыльном пузыре.

Я тряхнула головой:

— Ничего.

— Айви Джейд… и нечего сказать? На тебя это совсем не похоже, — хмыкнула Таллула, с сухим щелчком захлопывая крышку очередной коробочки.

Холли с прищуром воззрилась на меня поверх стола:

— Знаешь, а ведь Тал права… Дико странно видеть тебя такой притихшей. Тебя что, в парке ужасов кошка за язык укусила? — рассмеялась она, и девчонки дружно подхватили шутку.

Мои щеки мгновенно залило пунцовым румянцем, и я с удвоенным рвением принялась завязывать ленточки, мечтая поскорее свалить. Таллула настояла на самостоятельной сборке бонбоньерок исключительно ради того, чтобы мы могли посекретничать узким девичьим кругом. Большинство девчонок из свадебной свиты разбрелись кто куда: флиртовали с друзьями жениха или просто маялись дурью.

— Да говорю же, все нормально! Мне просто не о чем трепаться.

— У тебя наверняка эти дни, — безапелляционно заявила Таллула. — Точно они.

— Хватит препарировать меня под лупой. Я просто дышу, — раздраженно выдохнула я.

— О-о-о, святые небеса, это так не в духе нашей ненаглядной Айви Джейд! И как же нам теперь с этим жить? — противным писклявым голоском съязвила Джасмин.

Я выразительно закатила глаза. Мы едва были знакомы, хотя когда-то вместе прыгали в школьной группе поддержки. Теперь она мнила себя персональным свадебным координатором Таллулы, потому что это было ее очередным «грандиозным стартапом». Без разницы. Она выбешивала меня до белого каления. А вот Холли мне искренне нравилась: она была душкой, а любой, кто относился ко мне по-человечески, автоматически попадал в список моих любимчиков.

— А что вообще вчера стряслось в том скэр-парке? Ты нам так толком и не выложила, откуда у тебя все эти боевые ссадины, — не унималась Холли.

Я туго затянула шелковый шнурок на мешочке:

— Да пустяки. Я просто оступилась, а один из аниматоров в клоунском гриме помог мне подняться. Вот и все.

— Клоун? Ты же вроде до смерти боишься клоунов? — удивилась Таллула. — Могу представить, как ты там верещала от ужаса.

— Что-то вроде того, — процедила я сквозь зубы.

— Погоди, а разве ты не говорила, что тебе помог медбрат? — нахмурилась Холли.

Вот ведь чертова девичья память.

Я натянула самую нервную из своих улыбок:

— Я просто жутко переволновалась в тот вечер, и мне не хотелось лишний раз вспоминать про клоуна.

— Если это тот самый клоун, который эффектно скользит на коленях, то он просто невероятно горяч, — мечтательно протянула Джасмин, маша ладошкой перед разгоряченным лицом.

— И чертовски популярен! Он буквально взорвал все соцсети, — подхватила Холли, едва не подпрыгивая на стуле. Она выхватила телефон, шустро листая экран.

— Популярен? — переспросила я, выронив ленту из рук.

— Ты же сейчас не про Хай Джинкса, правда? — ахнула Таллула. — Ты реально видела его живьем?!

— Он постоянно фоткается с девчонками в парке, — тараторила Холли, суя мне смартфон прямо под нос.

Я буквально вырвала трубку из ее пальцев и уставилась в светящийся экран. И это действительно был он. Хай Джинкс красовался на странице какой-то случайной фифы: с искрами вылетал из тумана на коленях, дерзким взмахом отбрасывая прядь темных волос со лба. Под роликом красовалось больше ста тысяч лайков и тысячи комментариев.

— Охренеть… — вырвалось у меня тонким писком. — Ой. То есть… кошмар какой.