Я перевела взгляд на брата, который с упоением заливал что-то в уши Ро. Глаза Ромео при этом были намертво прикованы ко мне: он терпеливо разглядывал меня с ног до головы, скользя по каждой линии. Его взгляд чересчур надолго задержался на моих заляпанных кедах — куда дольше, чем мне бы того хотелось.

Тал подхватила меня под локоть, и мы вернулись к ним.

— Ну вот и ладушки. Остыла наконец, язва мелкая? — выдал братец. Какая наглость! — Так вот, на чём я остановился. Лео подцепил какую-то заразу от своего карапуза, так что приехать не сможет. Ро благородно вызвался занять место моего шафера.

Густав с чувством приобнял друга за плечи, распираясь от гордости за то, что его лучший кореш снова рядом. Я сто лет не видела брата настолько счастливым. Ну то есть он светился рядом с Таллулой, но эти двое в юности вообще были не разлей вода. Если почаще напоминать себе об этом, глядишь, у меня и получится не придушить Ро на месте.

Впрочем, никаких гарантий я не давала.

— Рада снова видеть, — едва слышно процедила я сквозь зубы.

Ро медленно, едва заметно усмехнулся, буравя меня своим невыносимо пристальным взглядом. Слишком глубоким, слишком всепроникающим. Меня натурально бесило подобное внимание. От него внутри поднималась такая слепая ярость, с которой я едва могла совладать — а ведь это было совершенно мне несвойственно. Я же чистое, лучезарное солнышко, а не фурия.

— Как шафер, я приложу все усилия, чтобы оправдать возложенное доверие, — бархатно произнёс Ро, смягчая черты лица.

— Отлично, просто супер! А теперь все сюда, обнимашки! — Густав сгрёб нас четверых в железные клещи.

— Фу! Прекрати немедленно! — взмолилась я, но ему было глубоко плевать: он стиснул нас ещё крепче.

— Я чертовски счастлив, что вы все сейчас здесь, со мной. Спасибо вам, — растроганно выдохнул брат. — Всё, по коням! Автобус до кукурузного лабиринта на том конце округа уже ждёт у ворот.

— До кукурузного лабиринта? — упавшим голосом переспросила я.

Какого дьявола?! Как мне теперь выбраться из этой ловушки?!

Глава 9

Ромео

Это было в сотни раз круче любого продавленного дивана. Стоило мне подъехать к шато, как парковщик встретил меня горячим полотенцем для рук и бокалом освежающего «Арнольда Палмера». Потягивая чай с лимонадом, я шёл следом за дворецким в отведённую мне комнату, которую по наивности сперва принял за королевские апартаменты. Ничего подобного. Для здешних обитателей это считалось абсолютным базовым минимумом — вот только этот «минимум» превосходил по роскоши всё, что я когда-либо видел в жизни. Настоящий дворец: спальня размером со всю квартиру Рэйчел целиком, шёлковое постельное бельё и огромные французские двери в пол, распахивавшиеся в сторону многогектарного парка.

Я щёлкнул спальню на камеру и скинул сестре.

В ответ мгновенно прилетели два эмодзи: сердечко и средний палец.

Едва я успел сбросить дорожные сумки, как в дверь с энтузиазмом забарабанили. На пороге возник Густав и без церемоний шагнул внутрь:

— Ро! — расплылся он в широченной улыбке, раскинув руки и сгребая меня в охапку.

Мы не виделись пару лет, но для меня он ни капли не изменился: высокий, жилистый, волосы зачёсаны назад, под носом красуются закрученные усы. Всё тот же старый добрый Густав — пирсинг в ушах, татуировки ползут по шее, — довольный как сытый кот. Перед этой его улыбкой невозможно было устоять. До чертиков заразительная и дурашливая.

— Гасти, — выдохнул я, обнимая его в ответ, и в груди неожиданно защемило: он стиснул меня так крепко, будто мы были родными братьями, потерявшими друг друга на долгие годы.

— Как же чертовски рад тебя видеть! Спасибо, что приехал, старик, — произнёс он, разжимая объятия и шутливо пихнув меня кулаком в плечо.

— Я сам безумно рад. Такое я бы ни за что на свете не пропустил, — ответил я и с удивлением осознал, что говорю чистую правду.

Даже собираясь сюда рядовым гостем, я мысленно выворачивался наизнанку, лишь бы выкроить окно в графике и добраться хотя бы до банкета в ночь Хэллоуина.

Теперь же казалось, будто сама судьба велела мне оказаться здесь — и причин тому было куда больше одной.

— Пойдём, народ уже внизу толпится. Сегодня по плану кукурузный лабиринт, — бросил он, увлекая меня за собой к лестнице.