Приземистая башня, к которой раньше крепилось колесо, частично обвалилась. Камень осыпался, образовав дыру, так что эта часть здания была непригодна для ночлега, но зернохранилище сохранилось лучше.

— Человеческая постройка, — проворчал Хендрикс, проходя вперед мимо разрушенного здания.

— Ну извини за то, что мой народ не владеет Искусством защиты, как некоторые представители твоего, — пробормотала я.

Мои сапоги шлепали по глубоким лужам, собирая на себя все больше грязи.

Я замерзла, промокла и чувствовала себя несчастной. Хотя Медведь и создал для нас сухой проход сквозь бурю, вода все равно стекала с каждого дерева, лианы и куста. А на земле ее собралось столько, что тянуло на неглубокое озеро.

— Духи благословили фэйцев, назвав своими любимцами, — ответил Хендрикс и заслужил от меня в ответ презрительную ухмылку.

— Благодаря жизни с данными духами благословениями, фэйцы стали мягкими и изнеженными. Вы ничего не знаете о тяжелой работе и упорном труде.

— Ах, как мило ты бормочешь свои завистливые словечки, — поддразнил он. — Хотел бы я тебя пожалеть, да вот только знаю, что люди — существа до того злобные и настырные, что умудряются выживать несмотря даже на все свое… невезение.

Хендрикс начал открывать старую деревянную дверь, за которой скрывалось зернохранилище, а я прикусила язык, изо всех сил стараясь не схватиться за рогатку. Один четкий выстрел в ухо показал бы ему, какими злобными могут быть люди на самом деле…

Дверь застонала и заскрипела, а потом все же поддалась напору его похожего на таран тела и широко распахнулась, врезавшись в стену. Изнутри вырвалось облако пыли, окутавшее Хендрикса. Я усмехалась, слушая, как он ругается.

— Милый, у тебя все волосы белые, — сказала я. Вытерев пыль с лица, он злобно посмотрел в ответ.

— Зерно сгнило. Тут воняет похуже, чем в человеческом борделе.

— Значит, ты ходил не в те, — пренебрежительно ответила я, проходя мимо него внутрь и оглядывая наше новое убежище. — Бордель в моей деревне пах сладко, как грех.

Хендрикс посмотрел на меня, прищурившись.

— И откуда ты об этом знаешь?

— Думаю, оттуда же, откуда и ты.

Я со вздохом всматривалась в слабо освещенное помещение. В момент, когда лес его забрал, хранилище было заполнено под завязку. Мешки с зерном лежали друг на друге по пятнадцать штук в высоту, до самой крыши. Было просто стыдно, что такое количество еды вот так пропало. В центре виднелось совсем маленькое пространство, которого едва хватало, чтобы поместился даже один человек, не говоря уже о двоих.

— Ты можешь вытащить отсюда пару мешков? — спросила я, обернувшись к Хендриксу. Его длинные волосы все еще были покрыты пылью, а оскал разбил бы сердце даже самой стойкой из женщин.

— Я похож на вьючную лошадь?

Я разглядывала его, склонив голову.

— Нос у тебя слишком длинный, чтобы сойти за лошадиный. Но в глазах видна та же усталость, что и у животных после дня тяжелой работы. Так что да, думаю, тебя можно принять за одну из них.

Хендрикс вновь удивил меня, резко рассмеявшись. Он был настолько непостоянным, что было невозможно предсказать, впадет ли он в ярость или рассмеется. Впрочем, стоило признать, что последнее мне нравилось больше, хоть и сбивало с толку куда сильнее.

Он подошел ближе, задев меня рукой, и кожа у меня вспыхнула от прикосновения. Он был таким огромным, что занял все место, причем не только физически. Казалось, его присутствие просочилось в каждый дюйм окружающего пространства, и в конце концов мне не оставалось ничего, кроме как вдохнуть его.

— Что там случилось? — спросил Хендрикс, поднимая три здоровенных мешка зерна из кучи и выбрасывая наружу так, будто они ничего не весили.

Во все стороны полетела грязь, и я мне пришлось отпрыгнуть. По пути я врезалась в Хендрикса, и он подхватил меня ладонью под поясницу, не давая упасть.

— Там — это где? — ответила я вопросом на вопрос, посмотрев в его зеленые глаза, а потом сделав осторожный шаг в сторону и от него, и от места, куда он собрался бросить следующие мешки.

— В замке. С Драконом. Ты призвала его, а потом… он вдруг взбесился?

Я покраснела, отчаянно стараясь не позволить румянцу растечься по щекам, и отошла еще на шаг, чтобы рассмотреть сломанное колесо.

— Не знаю, — ответила я, пожав плечами.

— Врешь. Что случилось? — он вышвырнул еще три мешка, как следует забрызгав грязью окружающие деревья.

Медведь устало наблюдал за происходящим, а потом посмотрел на меня, тихо зарычав.

Я моргнула. От его тяжелого взгляда мне хотелось сказать правду, как бы я не желала скрыть любые проявления слабости от фэйского ублюдка, который почему-то решил, что мы должны путешествовать вместе.

— Я… сделала все как ты сказал. Но почему-то это казалось неправильным.

— Ты была недостаточно настойчива, — заявил Хендрикс, и я нахмурилась.

«Твое могущество кроется не в грубой силе».