Плавающие лампы дрейфовали среди водяных лилий в длинном бассейне между диванами.

У меня было ужасное предчувствие, что наш ужин будет подаваться на моделях кораблей из чистого золота.

«Я вижу, что Privatus загребает прибыль».

«Приватус даже не начал», — простонал Петроний. «Он хочет перестроить весь этот чёртов город. Так скажи нам, Фалько, были ли какие-нибудь неприемлемые стычки и толкотня во время этого пожара, свидетелем которых ты стал?» Я догадался, что ему и Бруннусу понравится

собирать доказательства плохого поведения, чтобы оказать давление на руководство «Вигилз» и заставить их отказаться от работы строителей в качестве пожарных.

«Луций, старый друг, если ты так стремишься выскочить из постели с Приватусом, зачем ты вообще согласился остановиться здесь, в его доме?»

«Краснуха». Краснуха была трибуном Четвертой когорты, начальником Петро.

Рубелла знал, что Петроний Лонг был отличным офицером, но подозревал его в скрытом неподчинении. Рубелла обычно не давал рекомендательных писем.

«Краснуха для тебя — это шутка!»

Петроний притворился, будто у него нервный тик, вызванный стрессом из-за упоминания о старшем офицере. Но затем он сказал: «Должен признать, он меня очень хорошо подлечил».

«Что он задумал?»

«Официальная инициатива по улучшению отношений со строителями. Краснуха предложила мне пообщаться».

«Так где же тебя поселили для общения?» — спросил я, обращаясь к Бруннусу.

«Мы не такие уж и братские. Мне приходится туго в участке». Последовала пауза, во время которой мы все мысленно братались с богатым Приватусом, пригубив ещё его изысканного вина. «Давай, Фалько, что тебя так расстроило в этих мерзавцах на пожаре?»

«Ну, будем честны: они были грубыми парнями, и это была чрезвычайная ситуация».

«Грубость была оправдана?»

«Всё, что они на самом деле сделали, это толкнули осла, на котором ехал Гай».

Петро и Брунн переглянулись и рассмеялись. Вместе они решили, что это приемлемо: встретить Гая Бебия на своём пути – это уже провокация. «Вигили, наверное, гнали бы его осла задом наперёд до самых Морских ворот», – усмехнулся Петро.

«Под ним был Гай Бебий, привязанный вниз головой», — пояснил Брунн.

Петроний замолчал, наблюдая за мной. «Ты думаешь, нам нужно следить за этими строителями, Фалько?»

«Я согласен». Мы оставили эту тему.

XVIII

Моряк оказался старше, чем я ожидал: седовласый, суетливо одетый, с педантичностью в речи. Он походил на вольноотпущенника, который раньше служил гардеробщиком императора: когда императором был не старый солдат Веспасиан, а один из беспутных молодых божеств…

Нерон или Калигула, который любил инцест и убийства. Морской пехотинец пришёл, нагруженный подарками от хозяйки, чтобы вымолить прощение за своё опоздание; он принёс целую охапку венков для наших женщин, которые остались недовольны.

«Очаровательно», — пробормотал я Петро, а он что-то проворчал себе под нос.

Морской бисквит звали Канинус. Мы не удивились, что контакт, рекомендованный Бруннусом, оказался обузой. Канинус, очевидно, опаздывал на несколько часов, куда бы ни направлялся, и полагал, что несколько цветов оправдают его. Майя была едва ли вежлива, передавая цветочные дары прямо рабу; Юния громко чихала; взгляд Елены был вызывающим. Только дети с криками от восторга бросались на длинные гирлянды роз, которые в мгновение ока были разорваны.

Наконец мы смогли поесть.

«Надеюсь, повар найдет вам что-нибудь еще теплое», — саркастически крикнула нам вслед Майя.

«Твоя сестра — суровая женщина!» — слишком громко заметил Канин.

«Небольшая привычка к выпивке», — солгал Петроний более осторожным тоном. «Попробуй в следующий раз принести ей пол-амфоры фалернского…»

К несчастью для него, Майя еще не исчезла, а стояла, прислонившись к колонне из искусственного мрамора, с напряженным, поджатым ртом, выражением, которое напомнило мне о нашей матери, когда она подслушала клевету.

Ужин был хороший. Я позволил Петро насладиться едой, не сказав ему, какие неприятности с моей сестрой его ждут.

Когда рабы убрали сервировочные столы после трех изысканных блюд, мы дали понять, что теперь сами нальем себе вина; они оставили нам предостаточно, будучи хорошо подготовленными с тех времен, когда гильдия строителей собиралась на долгую ночь, обсуждая расчетные цены на водонепроницаемый бетон и то, как организовать голосование на следующих выборах в гильдию.

«Мы слышали, ты специалист по пиратам». Петро надеялся выбрать Канинуса.

мозги, а потом сбросил его. Не повезло: он слишком много болтал.