В конце концов, я умею разговаривать с людьми. Даже с теми, кто сначала говорит: «Девочка, позовите вашего главного». Обычно через час они обсуждают со мной размеры дивана.

Хотя свекровь, конечно, не заказчик. Договор не подпишешь, акт приёмки хорошего отношения не составишь.

Я снова ложусь.

Представляю, как она открывает дверь. Я скажу: «Здравствуйте, Патимат. С днём рождения. Я решила, что шесть лет передавать подарки через Дамира достаточно».

Нет. Звучит как начало допроса. Просто поздравлю, а дальше будет видно.

Хотя… есть вариант, что она вообще не пустит меня на порог. Но с другой стороны, если не пустит, то я уеду. В республике есть гостиницы, такси и обратные рейсы. Я взрослая женщина с паспортом и собственной банковской картой. С приглашением было бы приятнее, но я уже шесть лет его жду.

А если пустит? Я представляю стол, чайник, её руки на мягком кашемире. Возможно, она спросит про работу. Возможно, я покажу фотографию нашей квартиры. Она ведь даже не знает, как мы живём. И когда вернусь, скажу Дамиру всё сразу. Что мы поговорили и что теперь можно позвонить его маме без предварительного разрешения.

И что маленькая комната нам всё-таки понадобится.

Я улыбаюсь в темноте. Вот так и скажу — про комнату. Он поймёт.

Это будет мой подарок ему.

Утром Дамир собирается быстро.

Небольшая дорожная сумка стоит у входа. Он проверяет карманы, возвращается за часами, застёгивает их на ходу.

Я сижу на кухне перед чашкой чая.

— Уже едешь?

— Да. Надо пораньше.

— На своей?

— Угу. Оставлю на парковке.

Он заглядывает в холодильник, закрывает, ничего не взяв.

— Поешь хотя бы.

— В аэропорту.

— Там бутерброд стоит как доля в бизнесе.

— Переживу.

Он подходит, кладёт ладонь мне на затылок и целует в висок. Я ловлю его за запястье.

— Дамир.

— Мм?

Смотрит уже в сторону прихожей.

Я хочу сказать: посмотри на меня.

Вместо этого поправляю ему воротник. Он улыбается и уходит. А я беру телефон и открываю приложение с билетами.

День рождения Патимат — завтра. Есть утренний рейс. Ручной клади хватит: платье, бельё, косметичка. Главное, чтобы коробка не помялась.

Её адрес у меня всё-таки находится. В старой фотографии квитанции: два года назад Дамир просил оплатить доставку каких-то документов, пока был за рулём. Тогда я сохранила снимок на всякий случай.

Вот и случай.

Я проверяю дом, улицу, номер. Потом ввожу паспортные данные.

На странице оплаты ненадолго останавливаюсь.

Можно позвонить Патимат. Предупредить.

Но если она услышит мой голос, скажет привычное «не надо» и положит трубку, мы так и останемся людьми, которые ни разу толком не поговорили. На пороге, с подарком, у нас будет хотя бы несколько минут. Я нажимаю «Оплатить».

Билет приходит на почту почти сразу. На столе стоит коробка с незавязанной лентой. Я подвигаю её к себе и начинаю заново. В этот раз не спешу, вытягиваю оба конца, расправляю петли.

Завтра я впервые попаду на настоящий семейный праздник у родных мужа — осталось только застать их всех дома.

Глава 3

В пять сорок утра выясняется, что бант выглядит лучше меня.

Он ровный, пышный и явно выспался. У меня один глаз открывается с задержкой, а на щеке отпечатался шов наволочки. Я пытаюсь убрать его прохладной водой, но лицо держится за привычное.

На кухне лежат два сухаря. Один съедаю стоя, второй заворачиваю в салфетку и кладу в сумку. В двадцать девять лет у меня наконец появляется еда на случай непредвиденных обстоятельств. Мама была бы довольна. Правда, назвала бы один сухарь недостаточной подготовкой к жизни.

Платье я надела сразу. Тёмно-синее, свободное в талии, длиной ниже колена. Вчера перебрала три и поймала себя на том, что выбираю не красивое, а такое, к которому невозможно придраться.

Потом разозлилась и достала это. В нём я себе нравлюсь.

В зеркале прихожей всё выглядит прилично. Если не знать, что женщина с коробкой ночью дважды проверяла, не отменили ли рейс, и один раз искала, можно ли провозить кашемир в ручной клади. Кашемир можно. Здравый смысл, судя по всему, тоже, но я свой оставляю дома.

Телефон показывает вчерашнюю переписку с мужем.

«Добрался?»

«Да. Всё нормально».

«Поел?»

«Злат, я не маленький».

Позже он сам прислал: «Ты как?»

Я ответила, что закончила подбор светильников и собираюсь спать. Это была почти правда. Светильники закончила и спать действительно собиралась. Просто между этими двумя занятиями купила билет к его матери.

Внизу уже ждёт такси. Коробку ставлю на колени и придерживаю ладонью, хотя водитель едет так осторожно, будто везёт экзаменатора. За окном пустые остановки, закрытая пекарня и дворник, который смотрит на ранних прохожих без всякого сочувствия.

Я его понимаю.

В аэропорту меня встречает кофе.