— Они видят роль, которую мы сыграли, поставляя огнестрельное оружие Пасленовым пару недель назад, как своего рода предательство, — продолжаю я. Хотя, лично я думаю, что Алексей просто злится, что Сергей перекрыл этот источник дохода из-за своего союза с директором ФБР Стейси Родригес. — Я, конечно, вразумил их, и теперь мы снова в хороших отношениях. — Шатких, но все же.

— Хорошо. А теперь вернемся к более важным делам — я не молодею, знаешь? Я хочу подержать твоих детей до того, как умру.

Что?

В моей голове звенят тревожные колокольчики, когда я изучаю его лицо в поисках скрытого смысла. — Денис упоминал что-то о твоем здоровье? Давление снова поднимается?

— Нет, черт возьми. Даже здоровый мужчина может упасть замертво без предупреждения, Роан. Не обязательно должна быть медицинская чрезвычайная ситуация, чтобы кто-то в моем возрасте умер, не так ли?

— Тебе всего шестьдесят восемь. — Мое сердце уходит в горло, бешено колотясь при мысли о мире без него. Это случится когда-нибудь — я понимаю это логически, — но я не готов об этом думать. — Ты пытаешься мной манипулировать? — Я бы не удивился.

— Это работает? — Atë усмехается, складывая пальцы домиком.

Я качаю головой, пытаясь перебороть страх. — Будь серьезен, Шеф. — Я грожу ему пальцем. — Ты просил меня рассказать о поездке, но если ты собираешься продолжать в том же духе, я просто уйду. — Я начинаю вставать, и он быстрым жестом возвращает меня на место.

— О, ладно, ладно, садись. Отец теперь даже пошутить с детьми не может, — бормочет он, махнув рукой. — Продолжай тогда.

Я медленно сажусь обратно, подозрительно глядя на него. — Как я и сказал, русские были недовольны нами. Я попытался уладить дело, и, похоже, это сработало. Пока что.

Ситуация с русскими сложная.

Между Сергеем Волковым, предыдущим паханом русских, и Рафаэлем Моретти, главой Пасленовых, были серьезные трения. И в итоге оказалось, что настоящая проблема Сергея была не в Рафаэле лично — это была чистая жадность.

Лонг-Айленда ему стало мало. Он хотел захватить весь Нью-Йорк, и Рафаэль с Пасленовыми стояли у него на пути. Поэтому он объединился с коррумпированным директором ФБР, Стейси Родригес — его давним союзником, по-видимому, — и перестал поставлять огнестрельное оружие Пасленовым, чтобы загнать их в угол.

Кому-то пришлось заполнить пустоту. Я увидел возможность и стал их новым поставщиком. Доходы более чем покрыли строительство моего собственного дома в поместье и финансирование проектов, которые я предлагал отцу последние несколько лет.

Теперь новый пахан, Алексей, хочет, чтобы я разорвал союз с Пасленовыми — невозможная просьба. Я дал понять, что не собираюсь ее выполнять. Если они не хотели, чтобы этот источник дохода иссяк, им следовало удержать Сергея от его разрушительного пути. Моя сестра теперь часть Пасленовых, и мой племянник тоже. Это делает их семьей. И я не отвернусь от семьи, потому что Алексей требует.

У меня нет желания терять наш русский союз, очевидно, но они потеряли так много власти после ареста Сергея, что потеря их поддержки не будет катастрофической.

Алексей знает это и сгладил свое нелепое требование улыбкой и неловким: «Я понимаю твое нежелание отвернуться от них, раз твоя сестра теперь живет среди них».

И все.

Когда вопрос был улажен, я наконец смог отправиться домой. Но мне пришлось задержаться еще на несколько дней, потому что Фабиан — мой дядя по материнской линии, участвующий в нескольких строительных проектах, которыми я сейчас управляю, — постоянно переносил нашу встречу. День за днем, всегда ссылаясь на какую-то туманную занятость, которая казалась все более подозрительной.

Поэтому я связался с Гьоном, братом моего отца, у которого есть небольшая группа на Лонг-Айленде, чтобы выяснить, что, черт возьми, происходит. Гьон раскрыл, что Фабиан покидает Лонг-Айленд, чтобы встречаться с кем-то в Куинсе — что само по себе не подозрительно.

За исключением того, что Куинс — моя территория, и все знают, что между Фабианом и моим отцом существует вражда со времен смерти моей матери много лет назад.

Если Фабиан приезжал в Куинс, не предупредив меня или Atë, значит, он, скорее всего, замышлял что-то нехорошее.

Atë качает головой с отвращением. — Меня даже не удивляет, что русские пытаются втереться обратно в доверие к Пасленовым. У них вообще стыда нет?

Я пожимаю плечами. — Алексею просто досталась плохая рука.

Мы оба приняли семейный бизнес примерно в одно время, но я не завидую его положению. Сергей оставил ему полный бардак. Алексею потребуются годы, чтобы вернуть хотя бы часть той власти, которую русские имели в городе, — если он вообще когда-нибудь с этим справится.

— Похоже, поездка на Лонг-Айленд прошла успешно. — Atë сияет глядя на меня, гордость ясна в его глазах.

Мне следовало бы рассказать ему о Фабиане. Но...

Я решаю пока сохранить эту новость при себе. Нет смысла расстраивать его, когда у меня нет твердых доказательств того, что Фабиан действительно делает что-то плохое.

— Определенно успешно. — Я возвращаю его улыбку, даже когда чувство вины гложет мой желудок.

Я не храню от него секреты.

Я просто защищаю его.

Глава 3

Кэти