Я поворачиваю ее руку и целую в ладонь, после чего мы заходим в магазин. Вокруг — стеллажи и стойки, забитые коробками. Милли озирается по сторонам с широко распахнутыми глазами, будто приземлилась на другую планету.

— Это же задротский рай, — говорит она, проводя рукой по полке и снимая одну из игр.

Я приобнимаю ее за плечи.

— Давай что-нибудь выберем.

— Только одну?

— Сколько захочешь.

— Ты что, пытаешься меня подкупить?

— Вполне возможно.

— У тебя получается, — пожимает она плечами.

Милли долго бродит между рядами, а я следую за ней по пятам. Я всегда любил настолки. В детстве мы с Кларой так часто резались в «Яхтзи», что нонна на одно Рождество подарила нам именной набор.

Когда у Милли и у меня руки оказываются заняты коробками, мы идем к столу в глубине зала и сваливаем добычу, чтобы изучить варианты. Я сажусь на стул, а Милли встает напротив.

— Так, я выбрала несколько штук, которые нам стоит попробовать, — говорит она, упирая руки в бока и осматривая свою стопку.

Под «несколькими» она подразумевает семь игр. В моей кучке всего три.

— Вот эта первая — вариация классического «Катана» в духе «Игры престолов». — Она прижимает коробку к подбородку, показывая ее мне.

— Пытаешься найти версию, в которой сможешь меня обставить? — подначиваю я, прищурившись.

— Я тебя уже обставляла.

— Честно и по правилам?

Она прикусывает губу и отставляет коробку, уходя от ответа.

— Эту берем, — решительно заявляет она.

— Мой первый вариант — «Крылья». — Я прижимаю игру к подбородку, как она, и снова демонстрирую ту самую широченную улыбку. — На «Board Game Geek» пишут, что она отличная.

Она сдерживает смешок.

— Размах крыльев — это действительно важно.

Я смотрю на коробку в своих руках.

— Ты о чем?

Она прыскает от смеха.

— Жаль, Фейбл или Тессы здесь нет. Они бы поняли.

Видя мое недоумение, она садится на соседний стул и наклоняется ко мне.

— Ладно, объясняю. Есть одна популярная серия фэнтези-романов, где у горячих героев есть крылья. И там термин «размах крыльев» используют как эвфемизм для мужского... — Ее взгляд многозначительно опускается к моим коленям. — В общем, размер размаха напрямую связан с размером его... — Глаза ее вспыхивают.

— Размером брюк? — спрашиваю я, прикидываясь невинным.

Она придвигается ближе и кладет ладонь мне на бедро.

— Нет. Размером его...

— Вам чем-нибудь помочь сегодня? — раздается бодрый голос рядом с нашим столом.

Мы оба поднимаем глаза: высокая девушка внимательно изучает наши стопки игр.

— Привет, Дианна, — здоровается Милли, заглянув ей на бейджик. — Мы тут обсуждали важность хорошего размаха крыльев. Согласна? — Милли поднимается с лукавой усмешкой.

Понятия не имею, как она догадалась, что эта девушка в теме, но глаза Дианны понимающе блестят, и она усиленно кивает.

— О да. Но иногда «размах крыльев» — это скорее внутренняя энергия, понимаете? Аура человека.

— Полностью согласна. — Милли указывает на игру передо мной. — Эту отправляем в стопку «да».

Дианна оценивающе осматривает меня с ног до головы и кладет руку Милли на плечо.

— Его тебе тоже стоит отправить в стопку «да», дорогая.

— Я как раз над этим раздумываю, — отвечает Милли, и по моей груди разливается приятное тепло.

Втроем мы обсуждаем остальной выбор. У Дианны отличный вкус, она подсказывает по играм, в которые мы еще не играли. В итоге в стопке «да» оказывается десять коробок, а стопки «нет» попросту не существует. Милли даже прихватила три игры для девчонок — мол, увидела и не смогла удержаться.

— Придется что-то отсеять, — говорит она, с нежностью глядя на коробки, пока Дианна отходит к другому клиенту.

— Никаких отсевов. Берем все. — Я игнорирую протесты Милли и тащу стопку к кассе.

Между двумя магазинами расположилась кофейня, так что она становится нашей следующей остановкой. Мы берем напитки и, когда они готовы, отправляемся в книжный.

— План такой, — говорю я Милли, пока она делает глоток кофе. — Ты выбираешь свою любимую книгу, которую должен прочитать я, а я выберу свою любимую для тебя.

Она с громким вздохом прижимает свободную руку к груди.

— Это же кощунство! У тебя есть одна-единственная любимая книга? Из миллионов книг в мире ты можешь выделить всего одну?

Она заходит между стеллажами с любовными романами, и я следую за ней. Ее пальцы скользят по разноцветным корешкам.

— Их же столько, по-настоящему хороших. Как тут выбрать?

Я встаю прямо перед ней и осторожно кладу руку ей на живот, тесня назад, пока она не оказывается прижата к полкам. Мои носки ботинок касаются ее туфель, и ей приходится вскинуть голову, чтобы встретиться со мной взглядом.

Я подношу свои губы к ее губам — так близко, что нас разделяет лишь волосок.