— Мы могли бы устроить вечер настольных игр и позвать его, чтобы вернуть все в дружеское русло. — Когда я не отвечаю, засмотревшись на свисающий из окна плющ, она добавляет: — Тебе не нравится эта идея.

— Я не хочу возвращаться к дружбе, — шепчу я, озвучивая мысли, которые крутились в голове весь день. — Все эти чувства и эмоции вырвались наружу, и я не хочу прятать их обратно. Не уверена, что вообще смогу это сделать. — Я ложусь рядом с Пеппер, и та с долгим вздохом кладет морду мне на плечо. — Грустно, что я только созрела для этой мысли, а он начал отдаляться.

Телефон пиликает — пришло сообщение. Я резко сажусь и тянусь за ним; в груди теплится робкая надежда, что это Финн.

Но этот пузырек надежды лопается, едва я вижу имя.

Кайл: Это просто бред какой-то. Хватит тупить. Мне нужно с тобой поговорить, а ты ведешь себя как стерва.

Руки бессильно падают на колени, а в животе все сжимается от неприятного предчувствия.

Лена наклоняется ко мне, заглядывая в глаза.

— Что там?

— Не Финн. — Я медлю, коря себя за то, что не рассказала ей раньше. Но продолжать скрывать это было бы еще хуже. Я протягиваю ей телефон, чувствуя, как на сердце ложится тяжелая тень.

— Я его убью, — свирепеет Лена, прокручивая переписку вверх. — Вот честное слово. Боже мой. У него нет никакого права так с тобой обращаться.

Грудь сдавливает, словно кто-то сжал легкие в кулаке, выбивая весь воздух.

— Он... он приходил к Мэгги как-то утром.

Ее взгляд становится острым.

— Черт. Миллс, почему ты не сказала?

— Потому что ты не обязана все за меня исправлять.

— Не обязана. Но я хочу. Я могла бы помочь.

— Там был Финн, так что я пряталась за него, пока Кайл не ушел. — Я пытаюсь расправить плечи, чтобы вздохнуть поглубже, но чувство стесненности не проходит.

Лена хмурится.

— Кайл живет в тридцати минутах езды отсюда.

— Знаю. Меня это так напугало, что я больше не заходила к Мэгги, если не считать того урока по круассанам с Финном.

Она качает головой.

— Финн знал, что происходит?

— Я рассказала ему. Он обещал ходить со мной к Мэгги, если я захочу.

— Ты же знаешь, что я тоже пойду? Буду твоей верной цепной псамицей, готовой на все. Яйца ему отрежу, труп закопаю...

Я невольно прыскаю от смеха.

— Финн сказал нечто похожее, только не так кровожадно.

Лена пожимает плечами.

— Значит, нападем вдвоем. Финн возьмет на себя нежности, а я — грязную работу. — Она накрывает мою ладонь своей. — Но для начала, дорогая, заблокируй этого козла. Ты не должна читать это дерьмо и тратить на него свои нервы.

* * *

Семейка Оукс

Мама: Нашла под диваном пару синих детских носочков. Тебе прислать, Милли?

Тесс: Ты что, правда не заглядывала под диван с тех пор, как мы были маленькими?

Мама: 🙄 Я вообще-то про Эйвери и Элоизу.

Папа: Не надо ничего высылать. Пусть Милли и Финн сами привозят этих лапочек обратно. Нам их было мало.

Фейбс: Это точно. Я тоже хочу их увидеть!

Тесс: Да! Пожалуйста!

Мама: Возвращайте их нам!

Я смотрю на экран, пытаясь подобрать слова, но в голову ничего не идет. Отношения с Финном все еще в каком-то неловком подвешенном состоянии, и от этих теплых сообщений боль в груди становится только острее.

Мне не хватает его. И я очень скучаю по девочкам.

* *

Совещание начинается в десять утра, но я занимаю выбранное место уже в полдесятого, твердо решив оказаться здесь раньше всех.

Ну ладно, я хочу быть здесь раньше Финна. Так ему придется выбирать место, исходя из того, где сижу я. Если он сядет прямо со мной рядом, я сочту это знаком, что со временем все наладится. Если же усядется как можно дальше, это, скорее всего, будет означать то, о чем мне и думать не хочется.

Минуты медленно ползут к десяти, и в кабинет начинают стягиваться другие главы отделов. Джамила из отдела местной флоры и фауны садится слева от меня, но место справа остается свободным. Я умудряюсь поддерживать светскую беседу, краем глаза следя за дверью и с нетерпением ожидая момента истины.

Без одной минуты десять дверь распахивается, и в комнату вплывают широкие плечи Финна. К шее подступает жар, и я опускаю взгляд прежде, чем он заметит, что я караулю вход. Я верчу в руках свою оранжевую ручку с блестками и старательно избегаю его глаз, затаив дыхание в ожидании его выбора.

Но на мою сторону он так и не переходит. На противоположной стороне стола скрипит стул — Финн опускается в него. Я чуть приподнимаю ресницы, лишь бы увидеть его галстук.

Сегодня он просто черный. Никаких астрономических узоров.

Доктор Черная Дыра вернулся: он откидывается на спинку стула по ту сторону стола, через три места от меня, и скрещивает руки на груди.

В моем понимании это считается как «максимально далеко».

Плечи поникают. Где-то в глубине души я втайне надеялась, что личная встреча все исправит. Мы либо снова станем друзьями, либо он увидит меня и захочет поговорить.