— Почему никто об этом не предупреждал? — продолжает она. — Я так боялась, что кто-нибудь позвонит моим родителям и нам придется ехать в машине, прижавшись лицами друг к другу, к ортодонту, чтобы он нас разъединил. Поэтому я плотно сжала губы и до конца песни просто лежала головой у него на плече. — Она отпивает чай и пожимает плечами. — Через две недели в автобусе он поцеловал другую девчонку и бросил меня.

— Придурок.

— Определенно. — Она подпирает подбородок рукой, обдумывая новый вопрос. — Первая заграничная страна, в которой ты побывал?

— Я ездил в Италию к бабушке с дедушкой еще до того, как начал себя помнить. В детстве мы летали туда каждое лето минимум на месяц.

— А девочки там были?

— Да. Мы с Кларой возили их, когда им было по три года. Мои дедушка с бабушкой перебрались в Америку еще до рождения близняшек, но в Италии у меня остались тети и дяди. Мы снимали домик с большим участком. Веселились на полную катушку и ели невероятно вкусную еду. Мои итальянские родственники куда более приятная компания, чем родители.

Я вздыхаю, вспоминая, как счастлива была там Клара.

— Вообще-то Клара хотела начать процесс переезда туда. Она звала меня с собой, но вскоре после этого разговора ей стало плохо. — Я глубоко вдыхаю, прежде чем продолжить, потому что следующая мысль до сих пор отзывается болью. — Она говорила, что хочет, чтобы ее прах когда-нибудь развеяли именно там, но у меня пока не хватило духа вернуться и сделать это.

Милли шумно выдыхает.

— Поездка туда могла бы стать исцелением — и для тебя, и для девочек. Ты бы показал им места и людей, которых любила их мама.

Я задумываюсь над ее словами, представляя дочек в окружении большой семьи: как они ищут приключения на ферме тети Софии и дяди Филиппо и уплетают пасту и хлеб, сколько влезет.

Мои мысли прерывает негромкая мелодия на телефоне Милли. Она достает его из сумочки и стонет.

— Мама звонит по Фейстайму.

— Ответь. — Я кивком разрешаю ей принять вызов.

Она бросает на меня быстрый взгляд и проводит пальцем по экрану. Поднимает телефон перед собой и улыбается.

— Привет, мам.

— Милли, милая. Ты где?

Оглядевшись по сторонам и прикинув, что именно может увидеть мать, Милли мешкает на долю секунды дольше положенного.

— У Мэгги. — Она выглядит такой же подозрительной, как ребенок, которого поймали с поличным за поеданием печенья.

— Там как-то темновато. — Я не вижу лица ее мамы, но в голосе отчетливо слышится сомнение. Она ее раскусила.

— Да, Мэгги пробует новый стиль оформления, проверяет, понравится ли он клиентам.

Я делаю глоток чая, но слишком поспешно, и он попадает не в то горло. Закрываю рот рукой и наклоняюсь, пытаясь сдержать кашель, но все без толку.

— Дорогая, в окне позади тебя видно отражение. Тому красавцу за твоим столом не нужна помощь?

Милли поворачивается ко мне, ее щеки пылают от смущения.

— О... да, тут мой друг Финн.

Мне удается унять кашель настолько, чтобы одними губами произнести «прости».

— Финн! — Мама Милли чуть ли не визжит от восторга. — А ну-ка подвинь стул и присоединяйся к разговору.

Милли закатывает глаза, но при этом улыбается. Ножки моего стула скрежещут по полу, когда я придвигаюсь к ней, и она поворачивает телефон так, чтобы я тоже попал в кадр.

— Здравствуйте, миссис Оукс. Рад знакомству.

Мама Милли — красавица: седые волосы обрамляют круглое лицо, на носу очки.

— О, зови меня просто Мэри, — говорит она, широко улыбаясь. Судя по всему, она сидит у себя на кухне. — Мне тоже очень приятно. Как проходит вечер?

— Идеально, — отвечаю я и лукаво смотрю на свою коллегу, ставшую другом, а теперь, возможно, и кем-то большим.

— Вижу, что так, — воркует Мэри. — Милли, это тот самый мужчина, о котором ты рассказывала? У которого дочки-близняшки были в твоем летнем лагере?

— Да. Эйвери и Элоиза.

В груди разливается тепло от мысли, что она рассказывала обо мне матери. Это ведь должно что-то значить, верно?

— Как мило, — говорит Мэри. — Не буду вас долго отвлекать. Я звонила насчет твоей поездки к нам на выходные. Ты не могла бы купить кое-что в одном из тех огромных супермаркетов, прежде чем отправишься в Ферн-Ривер в субботу?

Милли кивает.

— Просто скинь мне список сообщением.

— Конечно. Спасибо. — Она улыбается Милли, а затем переводит взгляд на меня. — Финн, у меня день рождения, и я думаю, тебе с девочками тоже стоит приехать. У нас тут для них столько развлечений! Они смогут собрать яйца в курятнике, помочь Дейву в саду. И поплавать в пруду, и покормить животных. У нас тут прямо личный контактный зоопарк.

Милли молчит, и я в замешательстве.

— Не хотелось бы вторгаться на ваш семейный праздник, — пытаюсь возразить я.

— Не переживай об этом, — отмахивается Мэри. — Моя лучшая подруга из соседнего дома придет вместе с сыном. Чем больше народу, тем веселее — мы с Дейвом всегда так считали. К тому же, мне будет только в радость, если на ферме снова зазвучат детские голоса.

От ее доброго приглашения у меня сжимается сердце. Она совсем не похожа на мою мать, и меня накрывает волной грусти оттого, что я не рос рядом с таким радушным и открытым человеком.

— Спасибо. Мы обсудим это с Милли, и если она не против нашего хвоста, то приедем.