Ло выпрямилась.

— Хорошо.

— Ло, иллумы ищут дефективных, которые работают против них. Они будут следить за нами. Что бы ты ни делала, не ходи к Бекке.

— Ладно. Но кто станет работать против них? — спросила Ло, подавшись вперед.

— Люди, недовольные положением дел. Люди в Подземном городе.

— В Подземном? — спросила Ло, нахмурившись.

— Там живут обладатели значительных дефектов. Они живут не в Нижнем городе, а под землей. Послушай, они схватили сторонника, того парня, который свистел мне перед тем, как мы сели в капсулу. Помнишь его? — Ло кивнула. Я сделала вдох. — Они убили его.

Ло отпрянула, ее рука метнулась к волосам, нервно накручивая прядь.

— Ты рассказала им о нем?

Я покачала головой. Я не рассказала, но Коллин все равно узнал, и Кристофер теперь мертв.

— Иллумы сказали элите, что я помогала им.

— А ты помогаешь? — спросила она, выпучив глаза.

— Нет, я им не помогаю. Они убили человека. У элиты есть группа мужчин в зеленом, их называют «отряд элиты». Я видела их на днях снаружи Святилища.

Ло посмотрела на меня, не переставая нервно накручивать волосы, и прошептала:

— Они забирали детей?

Я кивнула.

— С тобой такое было?

— Да, — сказала Ло тихо.

— Ло, мне так жаль.

— Не хочу об этом говорить. Грегори помогает иллумам?

— Не знаю, но Грегори не плохой человек, Ло, — заверила я ее. Не думаю, что он когда-нибудь по-настоящему полюбит Ло, но, несмотря на свои слова, он казался хорошим. У Ло был хороший партнер.

— Хорошо, — снова сказала Ло. — Думаю, я пойду посплю.

После ухода Ло я залезла в постель. Моя рука потянулась к месту, где Хэл спал те дни назад, и я думала о безопасности Хэла, людях в Подземном городе, Ло, Норе, Грегори, моем контракте и ком-то там, кто, возможно, ждет возвращения Кристофера.

Я почти не спала.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ



— Сегодня девятый день десятого лунного цикла. Ожидается облачность, максимальная температура составит тридцать восемь градусов по Фаренгейту10. Напоминаю, что в данный момент вы состоите в репродуктивном контракте с объектом М17292834. Текущий статус: фаза ухаживания, — заговорила Фрида на следующее утро.

Я стояла у пищевых контейнеров в ожидании завтрака. Серое платье висело на мне мешком, а сама я чувствовала себя совершенно измотанной из-за кошмаров, которые преследовали меня всю ночь.

— Согласно вашим последним анализам, сегодня двадцать первый день цикла, лютеиновая фаза. Я скорректировала рацион, чтобы обеспечить ваш организм всеми необходимыми в этот период питательными веществами.

Фрида продолжала монотонно бубнить о моих дефицитах и общей неполноценности, но под конец все же поздравила с оптимальным уровнем дофамина и окситоцина. Я перестала ее слушать и принялась за еду, высыпав добавки на ладонь и поочередно разглядывая каждую капсулу. Вчера Фрида утверждала, будто их состав изменили, чтобы помочь мне успокоиться. Но почему тогда Жнец напал именно на то здание, где они хранились? Мои показатели окситоцина и дофамина зашкаливали, хотя вчера я не приняла ни одной таблетки. Это не имело никакого смысла. Для чего на самом деле нужны эти нутриенты, и что именно разузнало сопротивление?

Я задумчиво вертела капсулы в пальцах, пока Фрида заканчивала ежедневный отчет. Она так и не упомянула, что вчера мой РАЗУМ на время отключался от общей сети, и я наконец с облегчением выдохнула.

Весь последующий урок был посвящен изучению нового танца. Я постоянно отвлекалась, переживая о том, что сейчас происходит в Подземном городе, поэтому едва могла сосредоточиться на движениях. Когда занятия закончились, я накинула пальто, и вместе с этим привычным жестом ко мне вновь вернулась удушающая тревога.

По дороге на работу мы с Ло сидели на соседних креслах, но на этот раз она упорно молчала. Я гадала, означает ли это, что Грегори так и не вышел на связь, однако расспрашивать ее не решилась. На рабочем месте все тоже было спокойно: никто в темно-зеленой форме не ворвался в кабинет, чтобы арестовать меня за визит в Подземный город. Коллин не писал, Хэл не появлялся. В конце смены я отправилась домой, чувствуя, что нервы натянуты до предела.

Вечером я ненадолго заглянула Ло. Мы вяло обсудили контракты, после чего она ушла. Подруга выглядела крайне рассеянной, впрочем, как и я сама. Я то и дело проверяла коммуникатор, но экран оставался пустым.

Ночью мне снился длинный темный туннель, на обоих концах которого брезжил слабый свет. Вокруг царила пугающая тишина. Я бежала вперед, но заветный выход не приближался ни на фут. Мое рваное, тяжелое дыхание оставалось единственным звуком в этой пустоте, пока из темноты не донесся чей-то тихий шепот, звавший меня по имени. Я помчалась быстрее, шаги гулко отдавались от каменных сводов, а таинственный голос звучал все громче и громче…