Он кладет ладонь на сердце.

— Только один раз.

— Больше не повторится.

Я усмехаюсь.

— И вообще, что ты здесь делаешь?

Он не совсем смотрит мне в глаза.

— Знал, что ты будешь здесь.

Он пришел искать меня?

Наверное, по моему лицу все понятно, потому что Оскар продолжает:

— Просто хотел убедиться, что с тобой все нормально.

Я вздыхаю. Я позвонила ему сразу, как вернулась домой, как он и велел. Разговаривали мы недолго — ровно столько, чтобы он убедился, что со мной и правда все в порядке. По крайней мере, я думала, что убедился. Судя по тому, как сейчас он пристально изучает каждый сантиметр моего лица, похоже, нет.

— Тебе правда не стоило сюда ехать.

— Мне почти по пути, так что…

— А куда ты едешь? — спрашиваю я, желая поскорее увести разговор от меня и моего срыва.

— В пожарную часть. У меня встреча с Маком.

Я хмурюсь, замечая, в какую сторону развернут его пикап.

— Так пожарная часть же там? — показываю в противоположный конец улицы.

Оскар заливается краской — щеки становятся темно-багровыми.

— Я… э-э… ну, почти по пути.

По позвоночнику пробегает неприятный холодок, и я ненавижу это чувство. Ненавижу, что в ответ на добрый поступок первым делом начинаю гадать, чего человек от меня хочет.

Просто я слишком мало его знаю, чтобы быть уверенной. Он кажется искренним, но раньше я уже так думала — и посмотрите, к чему это меня привело.

Какое-то время мы оба молчим. В конце концов тишину разрывает только пронзительный сигнал будильника на моем телефоне.

— Черт, извини, — бормочу я, нажимая боковую кнопку. — Это мне пора. Нужно ехать открывать магазин.

— Конечно.

Оскар мягко отодвигает меня в сторону, захлопывает багажник и подходит к водительской двери, чтобы открыть ее. Я проскальзываю мимо него на сиденье, тихо поблагодарив.

— Увидимся, Фрея.

Он возвращается к своему пикапу и садится внутрь, но двигатель заводит только после того, как я отъезжаю.

И лишь тогда я с шумом выпускаю воздух, который все это время будто застрял в легких, и с улыбкой поправляю зеркало заднего вида.

Я провожу кончиком вязальной спицы по бороздкам, вырезанным по краю моего стола. Тихое постукивание — единственный звук в магазине, если не считать едва слышного звона колокольчика над дверью закусочной Бекки.

Из закусочной едва ли не вываливается парочка — так сильно они смеются. Они идут по улице, держась за руки. Что бы там ни было таким смешным, девушка сгибается пополам от хохота, но парень крепко обхватывает ее за талию, притягивает к себе и целует в макушку, прежде чем они идут дальше.

Яма у меня в груди становится еще шире, будто земля и корни по краям осыпаются внутрь, затягиваемые силой моего одиночества. Сама того не замечая, я прижимаю ладонь к собственной талии и впиваюсь пальцами в бок, словно могу притвориться, что это делает кто-то другой.

Телефон вибрирует в ящике стола. Я улыбаюсь, увидев сообщение от Люси — она словно всегда чувствует, когда мне нужна.

Люси: Если ты мне скоро не позвонишь, я отрежу себе микрочелку, и это будет ТВОЯ ВИНА.

Люси: Ты что, заменила меня новой лучшей подругой?

Я фыркаю.

Фрея: Я звонила тебе буквально два дня назад.

Когда мы познакомились в старшей школе, нам было по пятнадцать, и поначалу склонность Люси к драме меня пугала. Я постоянно думала, что она на меня сердится, потому что воспринимала ее слова слишком буквально. Например, в десятом классе, когда я получила пятерку по предмету, который она заваливала, Люси заявила, что больше никогда со мной не заговорит. А потом ей пришлось искать меня по всей школе и в конце концов найти в библиотеке, где я спряталась со своим обедом.

Но довольно быстро я поняла: она просто такая. И, если честно, тогда мне было приятно иметь подругу, которая разговаривала со мной точно так же, как со всеми остальными. Одноклассники либо обращались со мной как с маленьким ребенком, либо вообще не разговаривали. А Люси всегда оставалась просто Люси.

Люси: ВОТ ИМЕННО, это было ЦЕЛЫХ ДВА ДНЯ НАЗАД.

Люси: Мне нужен твой голос разума.

Фрея: Не стриги микрочелку. У тебя с ней лицо будет казаться очень длинным.

Люси: О-о-о, хороший аргумент.

Перечитывая свое сообщение, я начинаю переживать, что прозвучала грубо, но Люси ни разу не принимала мою прямоту на свой счет.

Фрея: У тебя отличная стрижка для твоей формы лица. Зачем портить то, что и так хорошо?

Люси: Потому что иногда приятно что-нибудь менять!

Фрея: Фу.

Люси: Что?

Фрея: Ты знаешь, как я отношусь к переменам.

Люси: Говорит женщина, которая переехала через полстраны.

Фрея: Переехала ОБРАТНО. Если я уже жила здесь, это не считается.

Люси: Продолжай себя в этом убеждать.

Фрея: Спасибо, так и сделаю.

Люси: Между прочим, ты так и не ответила на мой вопрос.