Откуда она вообще знает про моего школьного задиру? Он ведь даже не учился с Оскаром в одном классе.

Пальцы начинают постукивать по колену.

Один, два, три, четыре, большой палец. Большой палец, четыре, три, два, один.

— Что за ужасная история? — настаиваю я.

— Это правда неважно, — отвечает Оскар, не встречаясь со мной взглядом.

Валери, похоже, начинает понимать, о чем именно он умалчивает, и быстро отправляет в рот ложку мороженого, словно пытается физически не дать словам вырваться наружу.

Меня слегка задевает, что он так отмахивается.

— По-моему, как раз важно.

— Мы с ним однажды сцепились. Ничего особенного.

— Что случилось?

Он вздыхает.

— Честно, я даже не помню. Наверное, какая-нибудь детская глупость.

Я замечаю, как Валери едва заметно хмурится. Совсем чуть-чуть.

Но этого достаточно, чтобы понять: он врет.

Что он от меня скрывает?

Глава 13

Оскар

 

Мне приходится глубоко засунуть руки в карманы куртки, чтобы не снять ее и не накинуть на Фрею. Когда она пришла, для такой погоды ее кардигана, наверное, вполне хватало, но пока мы ужинали, температура упала, и теперь, по дороге к ее дому, ветер колет щеки, словно иголками.

Я предлагал ей куртку как минимум трижды, но она была непреклонна.

— Я мог тебя подвезти, — говорю я, прекрасно понимая, что это бесполезно.

Когда она впервые сказала, что собирается домой, я попытался усадить ее в пикап, но Фрея твердо решила идти пешком. Максимум, чего мне удалось добиться, — уговорить ее позволить мне проводить ее. Но теперь, когда она втягивает голову в плечи и пытается спрятать лицо от ветра, мне приходится бороться с желанием закинуть ее на плечо, отнести в машину и врубить печку на полную, пока кончик ее носа не перестанет быть таким розовым.

Она пожимает плечами.

— Я люблю ходить пешком.

За десертом она почти не разговаривала. Мне было противно ей врать, но ужин с моей мамой — не самое подходящее время, чтобы рассказывать о том, как в детстве я был по уши в нее влюблен. Чем больше времени я провожу с Фреей, тем чаще думаю, что, может, стоит ей рассказать, только понятия не имею, с чего начать. Если честно, я даже немного впечатлен тем, что мама не устроила из этого целое представление. Она прекрасно знала, что я чувствовал к Фрее, и с тех пор, как Фрея вернулась, всеми силами пыталась свести нас вместе. Наверняка приглашение на ужин было как минимум наполовину ради этого.

До сих пор не верится, что мама вспомнила про Джейми Райли. Я и сейчас помню ее лицо, когда директор вызвал ее в школу. Меня чуть не исключили, и она была в ярости — пока я не объяснил, как сильно он издевался над Фреей. После этого мама отвела меня в «Баклис» и велела никогда не переставать поступать правильно, даже если из-за этого у меня будут неприятности.

Наверное, все эти разговоры о моих давних чувствах и разбудили во мне знакомое желание ее защищать. Я все возвращаюсь мыслями к тому, что Фрея сказала про Денвер. Ярмарка звучит здорово, но сама она, кажется, немного нервничает.

Ехать одной чертовски далеко, а если она там будет совсем одна, то как вообще сможет сделать перерыв за весь день? Ненавижу саму мысль о том, что рядом с ней не будет никого, кого она могла бы попросить о помощи.

Черт. Я уже знаю, что сейчас скажу, но это знание не помогает удержать слова.

— Я отвезу тебя в Денвер.

Фрея молчит. Черт, она злится? Наверняка злится. Она заправляет за ухо прядь волос, и ее клубнично-светлые локоны вспыхивают в свете фонаря.

Пользуясь паузой, я продолжаю:

— У меня есть пикап. Я могу отвезти тебя туда и помочь все установить. Тебе наверняка понадобится лишняя пара рук, а у меня они как раз есть. — Я поднимаю обе ладони, растопыриваю все десять пальцев и шевелю ими, тут же жалея, что Джейми Райли сейчас не здесь и не может выбить мне зубы.

— Нет, спасибо, но я ценю предложение.

— Пожалуйста.

— Оскар, я справлюсь.

— Я знаю. Но просто позволь мне, ладно? Маме так будет спокойнее, а тебе не придется самой таскать все эти вещи.

Я прекрасно понимаю, что веду себя как засранец, разыгрывая карту «мама». Мне отлично известно, насколько пугающей может быть одна мысль о том, чтобы разочаровать Валери Мерфи. Но если благодаря этому Фрея согласится взять меня с собой, я пущу в ход все, что есть.

— Можешь просто сказать маме, что предложил, а я отказалась.

— Не думаю, что этого ей хватит.

Она прикусывает губу.

Я предпринимаю еще одну попытку.

— Позволь мне помочь. Я просто буду рядом на случай, если тебе кто-нибудь понадобится.

Ее плечи опускаются.

— Ты ведь правда не отстанешь, да?

— Скорее всего, нет.

Она вздыхает так, что этим вздохом можно было бы дерево свалить.

— Ладно.

— Правда? — Она серьезно?

— Только если ты уверен, что тебе это не в тягость.

— Совсем не в тягость.