— Да, — говорит Эйб, и в его глазах появляется мечтательное выражение. Затем он прочищает горло, выражение его лица смягчается. — Я знал одного или двух людей, которым удалось обуздать монстра, которые остались вампирами, которые смогли держать себя в руках. Но потребовались столетия и огромная работа, чтобы вернуть их к нормальной жизни. Боюсь, что в случае с Марко этого не произойдет. Ивановы создали его с одной целью — убивать.

Я отворачиваюсь от окна, ярость и отчаяние разрывают меня на части.

— Мы должны отправиться за ними. Немедленно

— Мы так и сделаем, — заверяет меня Эйб, хотя выражение его лица мрачное. — Но нам нужно действовать разумно. Марко доставит ее к Дмитрию. Мы не знаем, где она. Сначала нужно это выяснить.

— И у нас нет времени, — говорю я, и мои слова звучат как рычание. — Я пойду за ней, с вами или без вас. Скажи, Эйб. Ты со мной? Или против меня?

— Никто не говорил, что мы против тебя, Каллахан, — спокойно и тихо отвечает Эйб.

Адонис делает шаг вперёд, его внушительная фигура внушает страх, несмотря на раны.

— Я пойду с тобой. Я выслеживал добычу и посложнее, чем одичавший вампир.

— Мы все пойдём, — говорит Валту, удивляя меня своей горячностью. — Ивановы зашли слишком далеко. Они создали монстра. Нарушили законы, которые древнее любого из нас.

— К тому же, — добавляет Эзра с мрачной улыбкой, которая не затрагивает его глаз, — кто-то должен позаботиться о том, чтобы тебя не убили. Лена никогда нам этого не простит.

Меня охватывает облегчение, смешанное с гнетущим чувством ответственности.

Лена в лапах Дмитрия из-за меня. Из-за того, что я привел Марко прямо к ней, как маяк, указывающий ракете путь к цели.

Я смотрю на светлеющее небо, на приближающийся рассвет с беспощадной неотвратимостью.

Где-то там Лену несет навстречу судьбе, уготованной безумцами, возомнившими себя богами. Лена на пути к Дмитрию, которому нужна ее кровь, чтобы открыть свои драгоценные врата в Красное Царство.

Я подвел Элизабет. Но Лену не подведу.

— Как нам их найти? — спрашиваю я, поворачиваясь к остальным.

Все смотрят на меня.

— Это ты должен нам сказать.

И тут я понимаю.

Это должен быть я.

Это должен быть… другой я.

31

ЛЕНА

Боль возвращает меня в сознание — тупая, пульсирующая боль, которая распространяется от плеч по всему телу. Я пытаюсь пошевелиться и обнаруживаю, что мои запястья скованы над головой, а металлические наручники впиваются в кожу.

Я с трудом открываю глаза, вокруг темнота, но постепенно привыкаю к тусклому свету. Я подвешена на цепях в помещении, похожем на склад, — не такой, как тот, где мы были с Каллаханом, а более просторный и старый, с высокими потолками, теряющимися в полумраке. Пол подо мной бетонный, покрытый темными пятнами от веществ, которые я не хочу идентифицировать. Я подвешена ровно настолько, что едва касаюсь пола пальцами ног.

Вокруг меня в идеально ровном круге мерцают десятки свечей, их пламя отбрасывает на стены жуткие пляшущие тени. Воздух пропитан благовониями — чем-то благоговейным, от чего у меня щиплет в носу и кружится голова.

— Она очнулась, — раздается женский голос откуда-то из темноты.

Я щурюсь, пытаясь разглядеть говорившую. Из тени появляются три фигуры, облаченные в ниспадающие красные мантии с глубокими капюшонами. Их лица скрыты за богато украшенными масками: серебряным волком, золотым солнцем и белоснежным черепом.

Маска в виде черепа делает шаг вперёд и, склонив голову набок, разглядывает меня.

Даже не видя лица под маской, я сразу понимаю, кто это.

— Рад наконец познакомиться с вами, мисс Рид, — говорит Дмитрий Иванов. Его голос звучит мягко и интеллигентно, несмотря на жутковатую маскировку. — Не уверен, что вы можете сказать то же самое.

Я проверяю свои путы, чувствуя, как по телу разливается вампирская сила. Цепи натягиваются, но не разрываются.

— Они усилены голубым серебром из кратера Нёрдлингер-Рис, — объясняет Дмитрий, медленно обходя меня по кругу. — Древняя технология, передававшаяся из поколения в поколение в нашем роду. Весьма эффективна для сдерживания даже самых сильных из нас.

— Чего ты хочешь? — требовательно спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо, несмотря на нарастающий страх.

Фигура в маске солнца — судя по стройной фигуре, это Катя — смеётся, и её смех неестественно эхом разносится по огромному помещению.

— Разве не ясно? Нам нужна твоя кровь.

— Четвёртая отрицательная, — продолжает Дмитрий, завершая круг вокруг меня. — Самая редкая группа крови среди людей, а среди вампиров — тем более. Последний ключ, который откроет врата в Красное Царство.

Фигура в маске волка, до сих пор молчавшая, делает шаг вперёд, держа в руках деревянную шкатулку, инкрустированную серебром. Эта фигура крупнее остальных, широкоплечая и коренастая.