На ее лице отразилась внутренняя борьба. Она хотела этого. Хотела карьеру. Хотела спать в моей постели. Хотела, чтобы ее уважали. С чего она взяла, что любовь и успех исключают друг друга?

Она в отчаянии всплеснула руками:

— Нейтан, я не знаю, как это устроено! Не знаю, что делать! — Она отстранилась и начала мерить комнату шагами. — Я не знаю, кто мы друг другу... черт, я вообще не знаю, есть ли между нами хоть что-то. Когда у меня в последний раз был парень, мне было семнадцать, и мы как-то не практиковали совместные ночевки. Я не понимаю, как все это работает — ну, кроме секса.

— Ты слишком много паришься.

— Нейтан, я...

Прежде чем она снова начала накручивать себя, я прижал ее к стене. Своей грудью я притиснул ее со спины так, что ее грудь сплющилась о гипсокартон, и запер ее в ловушку своих рук.

— Бекс, — начал я, обжигая дыханием изгиб ее уха. — Вот как все будет. Сейчас мы ляжем в кровать и уснем, потому что я чертовски устал. Когда проснемся, я крепко тебя поцелую, оденусь и уйду на смену. Ты будешь заниматься своими делами. А когда я увижу тебя в столовой, я сяду рядом и буду нагло с тобой флиртовать. Потому что я взрослый мужик и хочу, чтобы все знали: ты — моя.

Я почувствовал, как она начинает расслабляться, поэтому продолжил говорить, наклонившись и прикусив мочку ее уха.

— Я знаю, ты любишь, чтобы все было разложено по полочкам. Знаю, тебе страшно оттого, что я не могу сказать, что будет, когда ты сядешь в самолет и вернешься к своей обычной жизни. Но я точно знаю, что хочу быть ее частью, в любом виде. На любых условиях.

Бекс вздрогнула, когда я коснулся поцелуями ее шеи.

— Но как же... — слова застряли у нее в горле, стоило мне засунуть руки ей под толстовку и провести ладонями по коже.

— Просто скажи, в чем проблемы, и я их решу, — пообещал я.

Она перестала опираться о стену и всем телом прижалась ко мне, доверяя мне держать ее. Хорошее начало.

— Я не хожу на свидания, — пробормотала она.

— Отлично, — я усмехнулся. — А то я сейчас в командировке, и мне было бы трудновато вести даму в ресторан, когда она того и гляди зацепится платьем за мину «Клеймор».

Бекс хихикнула.

— Я не брала с собой платьев.

Ну еще бы. Я вспомнил, как она только приехала. Как я обозвал ее «Барби из СМИ». Теперь, когда я узнал ее поближе, стало ясно, что это полная чушь. Никакая она не Барби. Не капризная фифа. Она была... черт, она была идеальной. Острая на язык и сообразительная. Красивая, просто дух захватывает. Упрямая и решительная.

— Дай мне три месяца, — попросил я, разворачивая ее в своих руках к себе лицом. — Когда твоя командировка закончится и ты уедешь отсюда, если не захочешь меня больше видеть — я уважаю твое решение.

Я наклонился и поцеловал ее, не торопясь, наслаждаясь тем, как двигаются ее губы. На вкус она была как мята и чистый сахар. Ничего слаще я в жизни не пробовал.

— Просто дай мне шанс побороться за нас, — прошептал я.

— Хорошо, — она улыбнулась, наконец сдаваясь. — Три месяца.

Глава 37

Ребекка

Дождливая весна, в которую мы приехали, сменилась изнуряюще жарким летом. Испепеляющий зной перетек в прохладную осень, а та, в свою очередь, уступила место морозной зиме. Я не имела ничего против холода, но из-за него я скучала по дому чуть сильнее обычного. Нью-Йорк в праздники был просто волшебным. Парад на День благодарения давал старт лучшему времени в году: снег в начале декабря укрывал все свежим белым одеялом, а из окна моей студии открывался вид на Рокфеллер-центр. Весь декабрь я каждый день проходила мимо той великолепной елки и смотрела, как пары кружат по катку, держась за руки и впитывая очарование сезона.

Рождество в Афганистане было другим, но не менее веселым. Парней из роты «Б» завалили посылками из Штатов. Даже мои родители прислали коробку с домашними вкусностями.

— Поделишься? — спросил Грифф, забираясь на кровать и усаживаясь верхом на мои бедра.

Все на базе знали, что мы спим вместе, но мы старались, чтобы за пределами спальни наше общение оставалось строго профессиональным. И пока это работало. Я все еще не знала, что будет, когда последние три месяца моей командировки подойдут к концу, но, честно говоря, мне было плевать.

По крайней мере сейчас жизнь была хороша.

Я прижала к груди пакет с кукурузными шариками и покачала головой:

— Не-а. — Я отправила в рот еще одну порцию в карамельной глазури и расплылась в улыбке.

— Ну же, малышка, — простонал он. — Пожалуйста.

— Нет. — Я с хрустом разжевала еще один шарик, просто чтобы подразнить его.

Грифф наклонился и прикусил мою мочку.

— Даже если я пообещаю сделать то самое, что тебе так нравится?

Боже, какое заманчивое предложение.

— М-м-м, ну, тебе придется попробовать, а там посмотрим.

Он ткнулся носом в мой нос.

— Ну пожалуйста?

Я подразнила его, зажав шарик в зубах. Он прижался своими губами к моим и украл сладость прямо у меня изо рта, не раздумывая раскусив ее.

— От них зубы сгниют.

— Оно того стоит.