Его свободная ладонь уперлась мне в грудину, и жар его руки прожег меня сквозь рубашку.

— Знаю. — Его глаза встретились с моими, пока я извивалась в его руках. — Эта девчонка ни на минуту не прекращает работать.

Мои пальцы задели его запястье, но он перенес вес тела, каким-то образом притянув меня еще ближе и при этом держа телефон вне досягаемости.

— Ага. Секунду. — Он наконец протянул телефон мне, и его ямочки на щеках стали глубже от победной улыбки. — Она хочет с тобой поговорить.

Я выхватила телефон, зажав ладонью динамик.

— Ты невыносимый осел. Тебе кто-нибудь об этом говорил?

— Постоянно. — Он ухмыльнулся и уверенно положил руку мне на бедро. — Но что-то мне подсказывает, что я не такой уж для тебя и невыносимый.

Я стояла прямо между его бедер. Он наблюдал за мной, пока я подносила трубку к уху, а я пыталась игнорировать то, как его пальцы сжимают мою кожу.

— Алло?

— Мэгги, дорогая. — Ее голос, как всегда теплый, мгновенно заставил меня почувствовать себя виноватой.

— Здравствуйте, миссис Кэллоуэй. Как вы? — Я шлепнула Хантера по другой руке, которая потянулась поиграть с подолом моего фартука.

— Бывало и лучше. — Она фыркнула точь-в-точь как Хантер, так что мне пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться. — Сын только что сказал, что ты завтра не сможешь прийти.

— Мне очень жаль, Лу, — сказала я, сузив глаза на Хантера, который беззвучно одними губами произнес: «Лгунья». — Просто в пекарне столько дел, мне правда стоит поработать.

— Милая, жизнь, в которой есть только мука и никакой радости, — это не жизнь. — Она сказала это так просто, но слова попали в самую точку.

Хантер не сводил с меня глаз, и я тяжело сглотнула.

— Вы правы.

— Значит, увидимся завтра? Оуэн будет просто счастлив, если ты принесешь свой знаменитый клубничный торт.

— Хорошо, — сдалась я, и пальцы Хантера собственнически сжались на моем бедре, притягивая меня так близко, что наши тела почти соприкоснулись.

Его торжествующая улыбка должна была меня разозлить, но вместо этого она отозвалась во мне обжигающим трепетом.

— Вот и умница, — сказала Лу, и я буквально кожей почувствовала ее улыбку. — О, и Мэгги?

— Да?

— Не позволяй этому моему сорванцу помыкать тобой. У мужчин из рода Кэллоуэй это в крови.

— Это уж точно. — Я усмехнулась, глядя на ее сына.

Он улыбался мне, все еще крепко держа за бедро, и будь у меня хоть капля разума, я бы отступила. Но здравый смысл покинул меня давным-давно, когда дело касалось его, и все, что осталось теперь, — это жар и пугающее осознание того, как идеально его тело сочетается с моим.

— Спасибо, что вправила ей мозги, мам! — крикнул он достаточно громко, чтобы она услышала, но его взгляд при этом скользил по моему лицу.

— До завтра. — Она негромко рассмеялась. — Хорошего дня, Мэгги.

— И вам. — Мой голос звучал тверже, чем я себя чувствовала. Хантер наблюдал, как я завершаю звонок и возвращаю ему телефон.

Я отступила на шаг, ровно настолько, чтобы между нами появилось хоть какое-то пространство, но этого было мало. Совсем мало. Мне нужно было вдохнуть воздух, в котором не было бы его запаха.

Я не знала, что он затеял, но не могла позволить себе привыкнуть к этому. С ним я чувствовала себя больше собой, чем когда-либо — той версией себя, которую, как мне казалось, я давно потеряла. Но это чувство не принадлежало мне.

Потому что он мне не принадлежал.

Но это не мешало мне хотеть его.

Я посмотрела на него сверху вниз, ожидая, когда ноющая пустота в животе утихнет, но становилось только хуже. Он был так близко, что я видела едва заметные веснушки на его щеках и чувствовала, как его большой палец медленно вдавливается в мое бедро, будто он хотел оставить на мне клеймо.

— Мне пора работать. — Я откашлялась, стараясь говорить буднично, но он вгонял меня в полнейшее замешательство. — А пока ты здесь, у меня ничего не получается.

— Ты меня выставляешь? — Он поймал мой взгляд, но рука так и осталась на бедре, и это настойчивое давление мешало соображать.

Я попыталась шагнуть в сторону, но он сжал ноги, удерживая меня на месте.

— Ты правда меня выставляешь?

— Я тебя не выставляю. — Я сделала еще шаг назад, и его рука наконец соскользнула с моего бедра. — Мне просто нужно закончить этот торт. Если миссис Олден придет, а он не готов, она с ума сойдет.

— Ладно. — Он кивнул, слезая с табурета.

Я уставилась в точку за его плечом, боясь того, что могу натворить, если встречусь с ним взглядом.

— Уверена, что не хочешь, чтобы я хотя бы посуду помыл перед уходом?

— Уверена. — Я кивнула. — Тебе пора. Ты меня отвлекаешь.

Его глаза загорелись.

— Отвлекаю, значит? — переспросил он с таким самодовольным видом, что я тут же пожалела о своих словах.