— Проваливай, Кэллоуэй. — Я указала на дверь, и он поднял руки в притворном жесте капитуляции.

— Слушаюсь, мэм. — Он попятился к выходу. — Но учти: ты меня выпроваживаешь, так что ты передо мной в долгу.

Он остановился у одного из стеллажей, схватил булочку с корицей и, не сводя с меня глаз, откусил огромный кусок. На его нижней губе осталась глазурь, и когда он слизнул ее кончиком языка, я не смогла отвернуться.

— Все. Теперь мы в расчете, — сказала я, и мой голос предательски дрогнул.

— И близко нет, — пробормотал он, пятясь, пока не уперся плечами в дверь. — Но завтра ты сможешь загладить вину. Надень то розовое бикини.

Он подмигнул мне, и мои щеки вспыхнули.

— Хантер, — выдохнула я, но он уже толкал спиной дверь.

Выскальзывая на улицу, он бросил через плечо:

— Мне было весело, Мэгс.

Дверь щелкнула, оставив меня наедине с тортом, шлейфом его парфюма и полным непониманием того, что, черт возьми, только что произошло.

Глава 6Хантер

— Дядя Хантер!

Я услышал Руби раньше, чем увидел. Обернувшись на звук, я заметил, как она выбирается из грузовика Кольта и несется ко мне, хотя тот еще даже не заглушил мотор.

Она припустила по траве, а я прислонился бедром к перилам причала и приготовился к удару, когда она взлетела на трап. Она бросилась прямо на меня, со всей силы и без тени страха, широко раскинув руки.

Я подхватил ее и закружил. Она запрокинула голову, сверкая беззубой улыбкой — это было самое милое зрелище, что я видел в жизни.

— Ну и скорости у тебя, — сказал я ей. Руби так и сияла, обвив руками мою шею.

Я перехватил ее поудобнее, прижав к боку, и проследил взглядом за Кольтом и Блэр, которые шли к озеру.

— Я тренировалась. — Руби расплылась в улыбке. — У меня еще один передний зуб шатается, и в этот раз я точно поймаю зубную фею.

Я хмыкнул.

— Что? Думаешь, ты умнее ее?

Руби смерила меня таким взглядом, вскинув одну бровь, будто я задал самый глупый вопрос на свете.

— Да. Она волшебная, но у меня есть план.

— Да неужели? И какой же?

Она придвинулась ближе, приложив ладошку к губам.

— Я буду спать с открытыми глазами.

— Это... жутковато.

Ее улыбка стала еще шире.

— А на подушку я намажу что-нибудь липкое. И когда она попытается стащить мой зуб... — Она хлопнула в ладоши в паре сантиметров от моего лица, заставив меня вздрогнуть. — Попалась!

— И что потом? — спросил я, искренне интересуясь финалом этой затеи.

— Позову Блэр, ну ясно же.

— Надежный план. — Я перевел взгляд на Блэр. — Всегда полезно иметь под рукой еще одну сумасшедшую.

Затем мой взгляд скользнул мимо Руби на подъездную дорожку, но машины Мэгги все еще не было видно. С вечера пятницы я спал хреново. Мысли постоянно возвращались к ней — туда, куда мне соваться было не положено.

Каждая мысль зацикливалась на ней, и каждое воспоминание ощущалось как чертов зуд под кожей.

Я думал, если займу голову чем-то другим, то перестану о ней вспоминать. Думал, если просто буду двигаться дальше, вся эта муть между нами осядет, как ил на дне озера.

Но это явно не работало.

— Это что за девчонку я вижу? — крикнул Маккой, выходя на крыльцо.

— Дядя Кой! — взвизгнула Руби и попыталась вырваться, но я ее не отпустил.

— Ну уж нет. — Я обхватил ее покрепче. — Ты не променяешь меня на него.

Руби залилась смехом, который вырвался из нее ярким и диким потоком. Она ерзала у меня в руках, а я все равно держал крепко, не обращая внимания на то, как ее острые локти впиваются мне в плечи.

Пусть Руби и была крохотной, но каждый раз она влетала в тебя, как товарняк, груженный чистым восторгом. Я прижал ее к себе, вдыхая запах ее волос и чувствуя, как ее болтовня распутывает узлы у меня в груди. Иногда мир давил со всех сторон, но стоило ей посмотреть на меня своими шальными голубыми глазами, и становилось плевать, сколько дерьма мне приходится тащить на себе.

Ради нее я вынесу что угодно.

— Давай, дорогуша. Бросай этот балласт и иди к своему настоящему любимчику, — позвал Маккой, и его голос разнесся над озером.

— Только попробуй. — Я принялся щекотать ей ребра, отчего она захохотала еще громче. — Отпущу, только если скажешь дяде Кою, что твой любимчик — я.

— Дядя Кой не самый любимый! — Руби хихикала так сильно, что я чуть ее не выронил. — Ты самый любимый!

Я ухмыльнулся и разжал руки, опустив ее на доски причала, а после взъерошил ее мягкие волосы.

— Вот именно. И никогда не давай ему об этом забыть.

Не успел я договорить, как она уже умчалась, топоча по причалу и выкликая Маккоя.

— Я соврала! — крикнула она через плечо. Я уже собирался броситься вдогонку, когда увидел, как на дорожку въезжает пикап Мэгги.