За последние четыре недели я провел с ней почти каждый день и узнал ее совсем с другой стороны, не просто как сестру Джейкоба. Она не только безумно красивая, но еще и умная. Разбирается в спорте и музыке и обыгрывает меня в любую карточную игру, какую я ей предложу, каждый чертов раз.

Даже те вечера, когда мы просто сидим за обеденным столом ее родителей, делаем наш проект по биологии и вместе слушаем мой айпод, проходят легко и приятно. Мы выяснили, что оба любим альтернативную музыку девяностых, и за последние четыре недели пересмотрели столько ужастиков, что я уже не могу их все вспомнить. Но больше всего мне нравится, когда я делаю ей комплимент, и по ее красивой шее медленно разливается нежный румянец.

Сегодня мы сдали наш проект по биологии, и я уговорил ее поехать со мной на пикник — отпраздновать. Собственно, поэтому мы сейчас здесь.

Еда и музыка давно забыты. Мы лежим на пледе, устроившись в песчаной дюне на пляже Фрейзер. Слышно, как волны озера тихо накатывают на берег, а над нами кричат чайки — вот и вся наша музыка. Для конца мая сегодня холодновато, поэтому пляж пуст.

Я изо всех сил старался дать ей спокойно закончить ужин, но в золотом свете заката она выглядела так, что, едва появился шанс, повалил ее на спину. И теперь мои губы легко находят ее. Каждое движение моего языка заставляет болезненно ощущать собственное возбуждение под молнией джинсов.

Как капитан школьной сборной по регби, за последние годы я встречался со многими девушками. Но никогда еще не хотел никого так, как сейчас хочу Ви. Мы только целовались, но, черт, мне мало. Единственная проблема — я понятия не имею, как с ней себя вести.

Прошло почти две недели с тех пор, как я поцеловал ее в очереди у кассы в Ликс, и я знаю, что должен не торопиться. Но я вижу ее почти каждый день. Вижу на трибунах во время моих матчей, даже когда знаю, что она пришла с семьей. И от этого влюбляюсь все сильнее — по уши.

Она не только сестра моего лучшего друга. Я понимаю, что еще и первый парень, который ее поцеловал. Она сама проговорилась об этом на днях. А значит, я точно первый, кто прикасается к ней так, как сейчас. И это одновременно огромная ответственность и самая мучительная пытка на свете.

Порыв ветра подхватывает плед, на котором мы лежим, и вместе с ним поднимает песок. Вайолетт отстраняется и начинает смеяться, когда ее шелковистые волосы разлетаются между нами.

— Похоже, вселенная считает, что нам пора перестать целоваться, — хихикает она.

— Да ни за что, — отвечаю, убирая волосы с ее порозовевших щек и снова склоняясь к ней. Мои губы скользят ниже, к ее шее.

Ее пульс учащается, она еще сильнее меня заводит, когда сжимает в кулаке мою футболку.

— Ты сводишь меня с ума, Ви, — говорю я хрипло, не скрывая желания.

Она шепчет:

— Я никогда… то есть… я никогда раньше такого не чувствовала… никогда никого так не хотела, — признается она едва слышно.

Я смотрю на нее сверху вниз. Солнце опускается за воду, заливая ее шелковистую кожу золотым светом. Воздух прохладный, но нам совсем не холодно — мы укутаны друг в друга.

Мой большой палец гладит мягкую кожу ее талии под свободной майкой.

— И это все, чем мы теперь будем заниматься, раз нам больше не нужно учить науку? — тихо смеется она.

— Ммм.

Я убираю с ее лица выбившиеся пряди.

— Хочешь поговорить о науке? — спрашиваю я и склоняюсь ниже, проводя губами по ее горлу, по ключице. Она сильнее сжимает мою рубашку.

— Может быть. Ту науку, которую я знаю… а это для меня совсем новое.

Она смеется, когда я утыкаюсь носом в ее шею. Мысль о том, что я первый, кто касается ее так, кажется невероятной.

— Хорошо… химия… точнее, строение атома. Протоны и электроны.

Я оставляю несколько поцелуев на ее шее, медленно опуская ладонь к ее талии.

— Я изучал этих ребят, — говорю я ей. — И, по-моему, сейчас мы очень на них похожи.

— Роуэн, — стонет она, закрывая глаза.

Я снова поднимаюсь, прижимаюсь лбом к ее лбу и целую ее губы.

— Видишь ли, это электричество, которое ты чувствуешь… вот здесь, — я провожу рукой ниже, скользя по внутренней стороне ее бедра, — это тяга ко мне.

Я слегка прикусываю кожу у основания ее уха.

— Этому нужна моя энергия… оно просит, чтобы я успокоил, уравновесил, — говорю я. — Потому что я — то, что тебе нужно. Я протон.

— П-правда? — шепчет она, и я замечаю легкую улыбку на ее губах.

— Ага. Самая обычная химия, Ви. Электростатическое притяжение.

Я снова целую ее.

— Ты это выучил? — спрашивает она.

— Ага. Разве я не прилежный ученик? — ухмыляюсь ей в губы.

Ее глаза затуманены, когда она смотрит на меня.

Я сжимаю ее бедро, целуя ее. Она тихо стонет, и в самом центре этого стона звучит:

— Роуэн…

Она все еще смотрит мне в глаза… и это уже слишком.

— В награду я хочу снова и снова слышать, как ты так стонешь мое имя. Позволишь? — осторожно шепчу я.

Мой член пульсирует еще сильнее, но мне плевать на себя. Я просто хочу, чтобы ей было хорошо.