Слова так и сочатся сарказмом. Наверное, в последнее время я и правда слишком часто это повторяю, но чтобы встретиться со своими демонами лицом к лицу, нужна огромная смелость. Я не знаю, что будет, когда начнется моя собственная терапия, но понимаю, что без нее не обойтись. Есть слишком много убеждений, от которых мне трудно отказаться, а мои отношения с Богом запутались до неузнаваемости. Вера у меня останется всегда, но мне тяжело понять, что теперь это значит и где мое место. Во мне все еще слишком много страха и вины из-за ухода. И злости на Фолд. Когда-нибудь я хотела бы найти новую церковь, но пока еще не готова.

Я упираюсь пальцами ему в грудь, поднимаюсь на цыпочки и целую его. Его губы улыбаются мне в ответ, и он одной рукой подхватывает меня, другой смахивает почту в сторону и усаживает меня на край обеденного стола. Просунув ладони под подол моей широкой толстовки, он поднимает ее выше, к ребрам, и проводит большими пальцами под грудью.

— Я тут подумал, что пора уже начать продвигаться по тому списку комнат, где я собираюсь тебя трахнуть, — говорит он с лукавой ухмылкой. — Что скажешь?

Я раздвигаю ноги, чтобы он встал между ними.

— Думаю, надо начинать прямо сейчас.

— Я тоже так думаю, — со смешком отвечает он и чуть приподнимает меня за подбородок. — Ложись, малыш.

Я уже откидываюсь назад, когда в дверь стучат, и мы оба одновременно стонем от досады из-за этой помехи.

— Не двигайся, — предупреждает он.

Я сжимаю в кулаке его рубашку и тяну к себе.

— Если будешь слишком долго, я начну без тебя.

Я легонько толкаю его, и он отступает на шаг, чуть пошатнувшись.

Он медленно пятится, не сводя с меня глаз.

— Начнешь без меня — потом расплатишься.

— Обещаешь?

Он качает головой, разворачивается и исчезает за плотной пластиковой завесой, чтобы открыть входную дверь. Я на мгновение слышу его голос, а потом по комнате разносятся шаги еще одного человека.

Следом я слышу голос Каллахана — на этот раз серьезный, без тени шутки:

— Я ее позову.

Он заглядывает в столовую, и от недавнего озорства на его лице не осталось и следа.

— Скотти, к тебе пришли.

Я хмурюсь и соскальзываю с края стола.

— Я оставлю вас наедине. Если понадоблюсь, я наверху.

И он уходит.

Я провожу руками по волосам, поправляю толстовку. Да что, черт возьми, происходит? Когда я протискиваюсь в разрез между полотнищами, то вижу в дверях Джонатана и едва не спотыкаюсь на ровном месте. Я совсем не так собиралась сказать ему, что переехала к Каллахану. Что он сейчас обо всем этом думает...

Джонатан прочищает горло, и я вновь сосредотачиваюсь на нем. Заложив руки за спину, он обводит взглядом комнату: голые полы, инструменты, кое-где доски.

— Неплохо ты поднялась.

— Привет... Я хотела тебе сказать, просто я...

Он почти застенчиво улыбается, глядя себе под ноги. Будто мы чужие. У меня сжимается сердце. Я не хочу, чтобы ему было больно. Он слегка шаркает подошвой по полу.

— Что есть, то есть, да?

Я поджимаю губы и киваю, невольно повторяя его позу.

— Я... кое-что тебе принес.

Голос у него глухой, невеселый. Я поднимаю глаза, и он снова смотрит на меня. Потом достает бумаги, которые все это время прятал за спиной, и протягивает мне. У меня все плывет перед глазами, стоит увидеть слова вверху страницы.

— Сегодня я взял в суде пакет документов на развод. Я... заполнил свою часть. До подачи еще нужны другие бумаги, но это уже начало.

Глаза наполняются слезами. Не могу поверить, что он правда это сделал. Я в изумлении раскрываю рот и обнимаю его.

— Спасибо.

Несколько секунд мы молча стоим, прижавшись друг к другу, потом он отстраняется.

— Думаю, Каллахан сказал тебе, что на днях заходил ко мне.

— Он почти ничего не рассказал.

— Зато мне он сказал немало.

Джонатан тихо усмехается, приподняв брови.

— Я пару дней переваривал его слова. Думал о том, что он сказал. Но, наверно, еще больше — о том, что сказала ты... Это самый долгий срок, что я провел вдали от Фолда.

Уголок моих губ приподнимается.

— И как, хорошо?

— Немного страшно, но здесь легче дышится.

Я помню это чувство. Будто всю жизнь дышала с пакетом на голове, а потом кто-то вдруг его сорвал, и ты впервые понимаешь, как легко на самом деле вдыхать воздух. Без усилия.

— В общем, он устроил меня в одной комнате в паре городков отсюда. Есть организация, которая готова предоставить мне жилье, пока я привыкаю к жизни вне Фолда. Они еще помогают с работой и транспортом, а заодно с юридическими вопросами в таких делах. Это все только чтобы я встал на ноги.

Я оглядываюсь на лестницу, куда ушел Кэл, и прижимаю ладонь к груди. Сердце распирает от чувства, которому нет названия. Кэл спас Джонатана. Спас и меня.

— Ты уже связывался с кем-то из Фолда? — спрашиваю я, снова глядя на Джонатана.

Он шумно выдыхает.

— Пока нет. Сначала нужно кое-что уладить — с банком и не только. Я сказал им, что тебе нужно три недели предупредить на работе, так что этим выиграл себе немного времени. А через три недели...

Он пожимает плечом.

— Вот тогда и будем решать.