— А я-то думал, что это я здесь бестактный, — произносит он краем рта.

Я обнимаю его за талию и прижимаюсь ближе, на мгновение ощущая рядом крепкое тепло его тела. Он ненадолго склоняется ко мне, а затем отходит, чтобы выхватить у Сьюзен микрофон.

— Речи — не моя сильная сторона, поэтому буду предельно краток. Я лишь хочу сказать спасибо всем вам. Сегодня мы не просто представляем новый джин. Мы также отмечаем открытие природного центра и информационного пункта службы спасения тюленей. И это место принадлежит не мне, а всем нам. — Он смотрит на меня и манит пальцем, приглашая присоединиться. — Я уехал из Лох-Морвена подростком. Но только в этом году по-настоящему почувствовал, что Бенруар стал моим домом. И все благодаря Тильде.

— А-а-а, — хором протягивают все, когда Финн обнимает меня и смотрит сверху вниз с любовью в глазах.

Я забираю у него микрофон, удивляя даже саму себя.

— Я думала, что приехала сюда, чтобы закрыть одну главу своей жизни, — говорю я, глядя на Малкольма, Джорджию, Дервлу, Мэйри и все лица, которые успела полюбить. — Но оказалось, что я открываю совершенно новую книгу. Ее написал мой отец. Не только для меня… — Я часто моргаю, вспоминая его слова. — Но и для всех жителей острова. Я невероятно горжусь тем, что рецепт его джина продолжит жить. И бесконечно рада, что узнала правду о нем.

Я с трудом сдерживаю рыдание. Дейв с парома кивает мне, затем вытирает глаза. Сьюзен промокает свои хлопковым платочком, который достала из сумки.

— И потому мы, разумеется, собрались здесь, чтобы отметить выпуск джина «Бенруар», — продолжает Финн, поднимая бутылку. — Мы все согласились, что, как бы ни хотелось назвать его в честь автора рецепта, у нас могли бы возникнуть неприятности с законом, назови мы его «Гордонс».

Толпа взрывается смехом, а Финн выглядит очень довольным собой.

— Поэтому пусть будет джин «Бенруар».

Рори начинает кричать от восторга, Эди вытирает глаза, и даже Дженнифер выглядит почти веселой.

Позже, когда группа из паба начинает играть, а в амбаре зажигаются фонарики со свечами, у меня наконец появляется возможность перевести дух. Я складываю пустые бокалы вместе с Джорджией, когда приходит сообщение от Поппи.

Обожаю ваши сторис в Инстаграме. Жаль, что нас там нет. Я так тобой горжусь, милая!

Я улыбаюсь и отправляю в ответ целую вереницу сердечек. Почти сразу приходит новое сообщение.

Кстати, тебе стоит проверить счет

Я открываю приложение и в недоумении таращусь на экран. На старый совместный счет поступило пять тысяч триста сорок восемь фунтов семь пенсов от Джека. Он полностью вернул деньги, которые достались мне в наследство.

???

Я попыталась воззвать к его совести.

Я озадаченно чешу затылок, когда Финн находит меня у задней двери с ящиком бокалов в руках. Через секунду приходит еще одно сообщение от Поппи, и я громко смеюсь.

Когда это не сработало, я напомнила ему, что я юрист

Джек всегда говорил, что Поппи слишком грозная. Да и сам он, по правде говоря, был жалким трусом. Похоже, она хорошенько прижала его к стенке.

— Что случилось? — Финн щурится, глядя на экран.

— Расскажу позже.

Он проводит рукой по моей спине, притягивает к себе и целует в макушку.

— Малкольм грозится продать собак с аукциона, чтобы собрать деньги для службы спасения тюленей. — Он ухмыляется. — Судя по тому, как все обожают Флору, за нее выручат больше, чем за джин.

— Неплохо для собаки-правонарушительницы, — поддразниваю я его, пока он открывает дверь кухни.

Я ставлю ящик на стол и оборачиваюсь. Он стоит совсем близко, и я запрыгиваю на край стола.

— Не смей так говорить о моей Флоре, — произносит он, заставляя меня рассмеяться. — Я очень привязан к этой собаке. И к ее хозяйке.

Он обхватывает мой затылок и проводит шершавым большим пальцем по линии челюсти. На его губах играет полуулыбка.

— Даже несмотря на то, что она позорище, неорганизованная, хаотичная и сводит тебя с ума?

— Именно поэтому. И потому что ты меня любишь.

— Люблю. — Я хватаюсь за металлическую пряжку его ремня и притягиваю ближе. — Думаешь, кто-нибудь заметит, если мы потихоньку исчезнем?

Он смеется.

— Думаю, да. Наше отсутствие отметят.

— Вечно ты все контролируешь.

Он вскидывает бровь и ухмыляется.

— Тебе это нравится.

Поэтому мы возвращаемся наружу. Его рука лежит у меня на плечах, пока мы выходим в темноту вечера. Музыка снова начинает играть. Старую песню знают все, и воздух наполняется смехом и фальшивым пением. Небо над нами прояснилось, и на нем одна за другой вспыхивают яркие, словно искры, звезды.

— Я люблю тебя, Тильда Маклин, — говорит Финн, притягивая меня в объятия под звуки музыки.

Он смотрит на меня сверху вниз и приподнимает бровь.

— Что такое?

Я качаю головой.

— Ничего. Все идеально.