— Это не лучшая идея, — сказал я, но это был не отказ. Скорее признание очевидного, что, как я знал, ни она, ни я не сможем осуществить. Я снова хотел ее. Черт, я хотел ее прямо сейчас, здесь, на рабочем месте.

Она чуть склонила голову набок и поджала пухлые губы:

— Ты действительно этого хочешь, Грант?

— Нет. Не этого. Приходи сегодня вечером. Часов в восемь. Я закажу нам ужин.

— Суши, — тут же выпалила она. — Чтобы ты мог потренироваться.

Необъяснимое тепло разлилось в груди при этой мысли, а в животе сладко заныло предвкушения.

— Суши, — согласился я.

ГЛАВА 17Ада

Проснувшись, я обнаружила, что в постели одна, а в комнате темно. На часах было всего 3:40 – мы легли около полуночи, после суши, коктейлей и совершенно нереального вечера. Было в Гранте что-то такое, когда он расслаблен, к чему невозможно привыкнуть. Его глаза, мягкие и теплые от смеха, расстегнутая до самого низа рубашка... зрелище было поистине завораживающим.

И, кстати, где он?

Я выскользнула из постели и накинула халат. Волосы растрепались после секса, которым мы занимались перед тем, как уснуть, а кожа едва уловимо пахла его одеколоном. На этот раз мы были в его квартире, так что далеко уйти он не мог.

Бесшумно ступая по полу, я вышла из спальни.

Отыскать его оказалось несложно.

Грант вырисовывался силуэтом на фоне манхэттенского пейзажа – он сидел ровно и тихо ко мне спиной. Услышать меня он не мог, потому что не обернулся, а продолжал смотреть на ночной город с видом человека, погруженного в глубокие раздумья.

В этой картине было столько глубокого одиночества, что я плотнее запахнула халат.

Грант бросил на меня взгляд.

— О. Прости. Я не хотел тебя разбудить.

— Ты и не разбудил, — я присела рядом с ним.

Его мускулистое бедро ощущалось твердым рядом с моим, согревая сквозь ткань халата. На нем были только футболка и боксеры.

— Не спится?

Грант чуть покачал головой.

— Нет. Хотя ночью этот город прекрасен.

— Это точно. — я взяла его за руку и легко провела пальцами по его ладони. — Тебе иногда снятся кошмары?

— Изредка, — он повернулся ко мне, перемещая резкий контур своего профиля на фоне света. — Почему ты спрашиваешь?

— Мне снились. Долгое время. Сейчас реже, но каждый раз это по-прежнему выбивает из колеи.

Он на секунду замолчал.

— Могу представить.

— Знаешь, ты ведь тоже можешь мне открыться, верно? — осторожно произнесла я. — Как я рассказала тебе о Максе? Если захочешь, конечно.

Его рука крепче сжалась в моей.

— К чему ты это говоришь?

— Потому что мне не все равно. И потому что мне кажется, у тебя не так много людей, которым ты можешь довериться.

— С чего ты взяла, что мне нужно кому-то доверяться?

В его вопросах не было ни угрозы, ни злости – лишь мягкое любопытство. Словно он мог расспрашивать о том, как его видят со стороны, так, как никогда бы не решился днем. Ночь, как всегда, набросила на все вуаль, скрывая лишнее так, чтобы сквозь мрак пробивалось лишь самое яркое.

Она позволяет нам видеть все отчетливо.

Я чуть пожала плечами.

— Только из-за того, что ты сам мне рассказывал. Например, что твоей мамы больше нет. И что ежегодный благотворительный аукцион сменил фокус на приюты в тот самый год, когда ты начал там работать.

Его рука напряглась в моей ладони.

— Ты провела целое расследование.

Я грустно улыбнулась и постаралась ободрить его взглядом.

— Да нет же. Просто слушала.

Он долго молчал, пока мы смотрели на раскинувшийся внизу город – отсюда, вдали от уличной суеты и спешки. В Нью-Йорке почему-то никогда не бывает тишины и покоя.

— Я и не знал, что можно видеть так много, — произнес он наконец.

— Только когда останавливаешься и приглядываешься. Но я не думаю, что это нужно скрывать.

— Нет, — ответил он. — Пожалуй, ты права.

Он обнял меня сильной, уверенной рукой, притягивая к теплому боку. Губы коснулись лба.

— Пойдем, Ада. Вернемся в постель.



На следующий день в офисе я чувствовала себя словно школьница, которая прячет тайну настолько грандиозную, что от нее вот-вот разорвет изнутри.

Сама мысль о том, что Грант где-то рядом, наполняла каждое действие, каждую мысль. Подумать только, когда-то я боялась ходить на работу из-за него.

Бумаги для сегодняшнего совещания лежали аккуратной стопкой на моем столе – их доставил ночной курьер. Я схватила их вместе с чашкой кофе, собираясь направиться на совещание, когда в офис ворвалась Сара.

— Боже, как я опоздала.

— Не переживай, — я улыбнулась. — Ничего страшного не случилось. Ты опоздала всего на час по сравнению с обычным графиком.

Она бросила сумочку на офисный стул и откинула рыжие волосы со лба.

— Да, но именно этот час имеет значение. Ты слышала?

— Слышала что?