— Джек гораздо больше, чем те ужасные вещи, которые он делал вначале. Он любит меня. Да, его любовь жестокая, безумная, болезненная и всепоглощающая. Но он умеет быть и другим. Мягким. Нежным. Он хочет, чтобы я была в безопасности. Чтобы я была счастлива. И в отличие от других мужчин он действительно готов сделать всё ради этого. Он видит меня, Това. Настоящую меня. И любит то, что видит. Мы понимаем друг друга. Я знаю, что тебе трудно это принять, но, пожалуйста, хотя бы попытайся. А если любовь к нему делает меня сумасшедшей, тогда я не хочу быть нормальной.

— Ладно.

Това вскинула руки, признавая поражение.

— Я его приму. Но оставляю за собой полное право надрать ему задницу.

Я не удержалась от улыбки.

— Обязательно передам.

— Так что, «Тед Лассо»?

Я кивнула.

— «Тед Лассо».

Пока остальные устраивались поудобнее, мой телефон завибрировал.

Я тут же схватила его, надеясь увидеть сообщение от Джека.

Но номер оказался незнакомым.

У меня есть доказательства, которые ты ищешь.

У меня внутри всё оборвалось.

кто это?

Ответ пришёл почти мгновенно.

Ты прекрасно знаешь, кто это, мисс Голд. Приходи одна, и я отдам тебе доказательства.

Я презрительно фыркнула.

Можно подумать, я настолько тупая, чтобы купиться на подобную уловку.

Понятия не имею, как Джошуа Дженсен узнал, что именно мы ищем, но оставаться с ним наедине я точно не собиралась.

Он причинит мне боль.

Я в этом не сомневалась.

Но если Джошуа уже обо всём знает...

Что тогда с Джеком?

Я торопливо набрала сообщение.

ты нашёл что-нибудь? мне написал тренер дженсен. кажется, он знает, что мы задумали

Ответа не последовало.

Зато на экране появилось новое сообщение с незнакомого номера.

Если пытаешься связаться с Джеком, не беспокойся. Он со мной.

Следом пришло ещё одно.

Хотя, пожалуй, тебе всё-таки стоит побеспокоиться. Потому что прямо сейчас он находится со мной в Холлистер-холле.

И ещё одно.

Если через двадцать минут тебя не будет в моём кабинете, Джек получит то, что я приготовил для тебя.

Сердце бешено заколотилось.

К горлу подступила тошнота.

Джек у него.

Господи.

Что этот ублюдок собирается с ним сделать?

Дрожащими пальцами я набрала ответ:

зачем тебе причинять ему боль? он ведь тебе дорог!

Команда мне дороже. «Кингз» нуждаются во мне, и я не собираюсь жертвовать ни своим положением, ни командой. Ни ради чего. Ни ради кого.

Время идёт, мисс Голд.

Я снова написала Джеку.

Ничего.

Позвонила.

Один гудок.

Второй.

Третий.

А потом включилась голосовая почта.

— Авива, что случилось? — резко спросила Това. — Ты опять начала ходить туда-сюда.

— Ничего. Просто хочу поговорить с Ашером, — солгала я, надеясь, что она не услышит дрожь в моём голосе. — Начинайте без меня. Я всё равно уже миллион раз видела каждую серию.

Я направилась по коридору в спальню, лихорадочно перебирая возможные варианты.

Но сколько бы я ни пыталась найти другой выход, всё сводилось к одному.

Я знала, что это ловушка.

Прекрасно знала.

И мне было плевать.

С Джеком ничего не случится.

Я не позволю.

Если ради его спасения мне придётся пожертвовать собой, значит, так тому и быть.

Я сделаю это добровольно.

Ради него.

Чтобы защитить.

Так же, как он столько раз защищал меня, даже когда сам пытался убедить себя, что ему на меня плевать.

Теперь настала моя очередь.

Я судорожно сглотнула.

Как там говорят о храбрости?

Храбрость не означает, что тебе не страшно.

Она означает, что ты действуешь, несмотря на страх.

Может, Джек и Това были правы.

Может, я действительно храбрая.

Что ж.

Сейчас самое время это доказать.

Я уже иду, любимый. Пожалуйста, только будь в безопасности.

Пожалуйста.

Господи, пусть с ним всё будет хорошо.

На собственном горьком опыте я убедилась, что выбраться через окно, не покалечившись, практически невозможно.

Я грохнулась на задницу, а правую лодыжку тут же пронзила острая боль.

Кажется, подвернула.

Чёрт.

Но времени разбираться с этим не было.

Мне нужно было спешить.

Перед глазами, словно кадры из какого-то кошмарного фильма ужасов, мелькали тошнотворные картины того, что Дженсен мог прямо сейчас делать с Джеком.

Я почти бежала к кампусу, стараясь не обращать внимания на боль, простреливавшую лодыжку при каждом шаге.

С этим разберусь потом.

Если будет это самое «потом».

Ночью кампус казался непривычно тихим и пустынным.

Студенты разбрелись по барам, вечеринкам в домах братств или засели за учебниками в библиотеке.

В Холлистер-холле сейчас никого не должно было быть.

Кроме меня.

Возможно, того охранника, который меня ненавидел.

Джошуа Дженсена.

И Джека.

Господи, пожалуйста, пусть с ним всё будет хорошо.