— Всем успокоиться, — сказал Джонатан. В его голосе звучали интонации политика. Те самые, которые говорят: «Я здесь главный, и вы будете меня слушаться». — Пиковый Валет вернулся из мира фейри. Как и ожидалось. Отбой.

— Как и ожидалось? — скептически переспросил один из стражников. — Вы знали, что он воспользуется Вратa в Изнанку?

— Конечно, знал, — спокойно ответил Джонатан. — Я дал на это разрешение. А теперь, если вы не хотите объяснять Дворам Фейри, почему вы арестовали их племянника сразу после дипломатической миссии, я предлагаю вам вернуться на свои посты.

Охранники переглянулись. Некоторые хотели возразить. Но тон Джонатана не оставлял для этого места.

Они медленно вышли. Двое остались у двери. Наблюдая за нами. Или, скорее, за мной.

Джонатан повернулся ко мне.

— Три дня, — сказал он. — Мы уже начали думать, что ты не вернешься.

— Там время течет по-другому, — сказал я. Мне удалось нормально сесть, хотя голова у меня кружилась и во всем ощущался привкус меди. Наверное, крови. Я прикусил язык. — Мне показалось, что прошли часы.

— Часы в Стране фейри, дни здесь, — сказал Бенни. Он пристально смотрел на меня. Вероятно, проверял, я ли это на самом деле или какая-то замена Фейри. — Ты получила то, что хотела?

Осознание поразило меня.

Все разом. Как будто в моей голове прорвало плотину. Как создавались Тернии. Как нарушать сделки с фейри. Как карты служили сосудами. Почему только люди со смешанной кровью могли служить проводниками. Требования. Процесс. Все это. Каждую деталь, которую Капер впечатала в мое сознание, пока я кричал в ее кабинете. Я согнулся пополам. Меня вырвало. Ничего не вышло, я три дня ничего не ел, но мой организм все равно попытался.

— Райдер! — Девятка схватил меня за плечо. — Что с тобой?

— Знания, — выдавил я. — Они все здесь. В моей голове. Все о Шипах. Как они работают. Как их создают. Это…

Я не смог договорить. Информация продолжала проноситься в моей голове. Перестраивалась. Создавала новые связи. Как будто кто-то перепрограммировал мой мозг, пока я им пользовалась.

— Господи, — пробормотал Бенни. — Она отдала тебе всё.

— Продала, — поправил я, пытаясь восстановить дыхание. — Она ничего мне не отдавала. Она продала это. За сорок восемь часов. А потом без предупреждения влила это мне в голову и…

Я сделал неопределённый жест. Наверное, со стороны казалось, что у меня припадок.

Бриджит подошла ближе.

— Ты можешь это обработать?

— Не знаю, — признался я. — Всё на месте. Я это чувствую. Но чтобы получить доступ? На это нужно время.

— Время, которого у нас нет, — тихо сказала Девятка.

Джонатан присел на корточки рядом со мной. Его лицо ничего не выражало.

— Ты можешь это использовать? — спросил он. — Можешь остановить то, что происходит в Гэллоуз-Хилл?

Я посмотрел на него.

По-настоящему посмотрел на него.

И на какой-то миг, то ли от усталости, то ли из-за того, что мир фейри все еще влиял на мое восприятие, то ли из-за того, что сделала Капер, когда впечатывала эти знания в мою голову, я что-то увидела.

Мерцание. Вокруг Джонатана. Вокруг Бенни. И вокруг Новака тоже.

Не то чтобы видимое. Не то чтобы невидимое. Что-то в нем было не так. Как марево над летней дорогой, только хуже.

Моя брошь в виде лисы на груди стала холодной.

Фейри. Это мерцание означало фейри.

Я моргнул. Оно исчезло.

Но я его видел.

А потом, непрошеное, нежелательное в моей голове вспыхнуло видение.

Бенни. В костюме, которого я никогда не видел. Темный. Формальный. На левом глазу у него была повязка, но это была не просто повязка: из-под нее вырывались молнии, и бело-голубая энергия потрескивала на его лице. В руках он держал двуручный топор, серебряный, светящийся голубым, словно выкованный там, где законы физики не действуют.

Джонатан. Стоит на чем-то. Может, на кургане. Или на каменной платформе. Вокруг него потрескивают молнии, вдалеке грохочет гром. Его руки двигаются, он тасует карты, как крупье в покере. Игральные карты сыплются, словно дождь, и падают на людей внизу. Его лицо холодно. Вычислителяющие. Выражение лица человека, играющего в игру, в которой он уже знает все ходы.

Видение исчезло.

— Райдер? — резко окликнул меня Джонатан. — Ты можешь им воспользоваться?

— Я… — Я с трудом поднялся на ноги. Опираясь на Джарвиса. Ноги подкашивались. — Да. Может быть. Я не знаю. Мне нужно время, чтобы все осмыслить. Чтобы понять, что я вижу.

— У тебя нет времени, — раздался новый голос, и в комнату вошла Миранда Кейн. Туз Треф. Безупречный вид Миранды говорил о том, что она уже давно не спала и была готова к выходу, а не примчалась сюда по тревоге. Выражение ее лица было каменным, сдержанным и совершенно невозмутимым. Как и всегда.