Сила. Моя сила. Путы ослабевали. Нет. Я не мог. Если я воспользуюсь ею, если дам ей волю, то докажу, что Новак был прав. Докажу, что все были правы. Что я все еще он, все еще Маленький принц, все еще монстр, который убивает людей и получает от этого удовольствие. Гончая бросилась в атаку. И сила все равно пришла. Это было не то же самое, что использовать артефакты. Это было что-то более глубокое, древнее, то, что всегда было со мной и ждало своего часа. Я почувствовал, как она пронзила меня, словно молния, словно огонь, словно все стихии разом. Белый Клинок вспыхнул в моей руке, клинок охватило белое пламя, которое не обожгло меня, но заставило воздух задрожать от жара. Гончая была в прыжке, когда я сделал выпад. Не в сторону от нее. Сквозь нее. Белый Клинок описал дугу, и это было скорее инстинктивное движение, чем отточенная техника, и на этот раз, когда пылающий клинок соприкоснулся с теневой плотью, эффект был катастрофическим. Крыло Некрофима всегда было хорошо приспособлено для подавления магии. Но теперь, направляя высвобождающуюся внутри меня силу, оно не просто подавляло ее.

Оно уничтожало.

Гончая распалась на части. Ее тело разорвалось, как ткань, тени разлетелись во все стороны, и она издала последний вой, прежде чем ее затянуло обратно в тот портал, через который она сюда попала. Звук эхом разнесся по парку и резко оборвался.

Тишина.

Я стоял там, все еще сжимая в руке Белый Клинок, и тяжело дышал. Пламя угасало медленно, неохотно, словно хотело продолжать гореть.

Мои руки дрожали. На этот раз не от страха. От того, что я только что сделал.

Это был не меч. Это был я. Использовал силу, которой у меня не должно было быть, которую я не мог контролировать, которую не хотел. Сила, которая казалась естественной и правильной и абсолютно пугающей из-за того, насколько легко это было.

Кольцо на моем пальце было теплым. Кулон остыл. Браслет перестал звенеть. Но я все еще чувствовал его внутри себя. Это тепло в моей груди. Этот потенциал. Я был готов к тому, что меня призовут снова.

Ожидание.

— Райдер?

В нескольких футах от меня появился Джарвис, пространство вокруг него раскрывалось, словно распускающийся цветок. Он посмотрел на то место, где была гончая, на выжженные пятна на траве, на меня, все еще дрожащую.

— Ты его убил, — выдохнул он.

Я кивнул. Я пока не мог доверять своему голосу.

— Я помню, как ты мог делать такие вещи. — Голос Джарвиса звучал осторожно, размеренно, словно он разговаривал с кем-то, кто мог сорваться. — Раньше. Когда ты был… когда ты был им.

Он отступил на шаг, и это движение причинило мне больше боли, чем зубы гончей, царапавшие мою куртку.

— Я не… — Он замолчал, прижав уши. — Я не люблю вспоминать об этом.

Мой лучший друг. Мой самый старый друг. Тот, кто был со мной во всем.

Боялся меня.

— Это все еще я, — выдавил я. Мой голос звучал хрипло. — Это все еще я, Джарвис. Клянусь.

Он долго смотрел на меня. Потом его хвост снова начал медленно вилять.

— Я знаю, — сказал он. — Я знаю, что это ты. Просто… на секунду мне показалось, что ты двигаешься с такой силой…

Он не договорил. В этом не было необходимости.

— Пойдем, — сказал я, убирая клинок в ножны слегка дрожащими руками. — Давай сходим в паб. Мне нужно... Я не знаю, что мне нужно. Но прямо сейчас мне нужно не оставаться одному.

 — Остальные помогут, — сказал Джарвис, поравнявшись со мной. — Бриджит и Дэвид. Бенни, если он действительно там, а не где-то ещё, наводящий тень на плетень.

 — Будем надеяться.

 

Остаток пути мы проделали в молчании. Мы шли по улицам, мимо лапшичных и винных магазинов, чьи кричащие неоновые вывески соперничали с ярким полуденным солнцем. Наконец мы остановились у чего-то похожего на общественный сад, втиснутый между двумя многоквартирными домами, а внутри него знакомый паб.

— Зелёный человек.

Он по-прежнему выглядел так, будто его целиком перенесли из сельской Англии. Над дверью по-прежнему висела вывеска с изображением лица, сделанного из листьев и лозы. Это место, где Джеррольд вершил правосудие, а люди изучали магию без разрешения Колоды.

 Я толкнула дверь, ведущую в гораздо более просторное помещение. Внутри было тепло и уютно. В камине горел огонь, несмотря на июньскую жару, — но, наверное, это был волшебный огонь, который согревал, не повышая температуру. Повсюду были темные деревянные панели, и я вдыхал запах пива и старой магии.

А там, за угловым столиком, сидели люди, которых я пришел навестить.

Бриджит. Дэвид. И Бенни.

Они подняли головы, когда я вошел. Глаза Бриджит расширились, когда она увидела прореху на моем пиджаке, а Дэвид поставил свою пинту. Бенни замер.

— Райдер, — позвала Бриджит. — Что случилось? Ты выглядишь как…

— Спасибо, — сказал я, подходя, Джарвис следовал за мной по пятам. — В Ист-Виллидж. Только что.

Дэвид тут же вскочил на ноги.

— Сколько их было? Где они...

— Один, — сказал я. — Теперь он исчез.

Бриджит нахмурилась.

— Исчез? Он отступил? Неужели Джеррольд…

— Я убил его, — прошептал я. — Один.

На мгновение все замолчали. Бриджит и Дэвид обменялись взглядами. Выражение лица Бенни не изменилось, но в его глазах промелькнуло что-то похожее на узнавание. И страх.

— Это невозможно, — наконец сказала Бриджит. — Мы с трудом одолели троих из них. С серебряным оружием. С подготовкой.

— Я знаю, — ответила я. — Но это случилось. И это было… было легко. Слишком легко.

Я выдвинула стул. Тяжело опустилась на него. Джарвис свернулся у моих ног, непривычно тихий.

— Я ходил к Новаку, — сказал я.