— Я почти со стопроцентной уверенностью могу сказать, что у тебя есть все карты из этой колоды? У меня есть, — ответила Бриджит. — У Дэвида есть. У Бенни есть. У Девятки, наверное, тоже есть. У каждого мага в этой Колоде, в Таро, в И-Цзин, у любого мага, использующего колоду, если у него есть связь с другой колодой, есть своя карта. В одной только этой колоде не просто пятьдесят две карты, а пятьдесят два архетипа карт.

Она вытащила Отшельника.

— Если бы ты попытался связаться с Бенни, а я в это же время попыталась бы связаться с ним, Бенни получил бы не один зов, а несколько, — объяснила она.

— Когда ты становишься картой, — продолжил Бенни, — часть твоей сущности поглощается магией и распределяется по всем картам с твоим изображением…

Он замолчал, обдумывая свои слова.

— Можно ослабить мага, создав несколько копий одной и той же карты и распределив их, как масло по хлебу.

Он покачал головой и снова переключил внимание на меня.

— Хотя они превратили ее в карту твоей матери, вероятно, надеясь, что ты не поймешь, что это подделка? Она оставила сообщение, и карта вспыхнула, что-то вроде голосового сообщения, которое она вырезала из колоды, предупреждение о смерти, которое активируется, как только ты прикоснешься к одной из ее карт.

— Но как такое возможно?

Бенни посмотрел на Бриджит и Дэвида, прежде чем ответить.

— Потому что это случилось после ее смерти, — сказал он. — Если помнишь, когда ты пришел ко мне, я уже собирал вещи для ее похорон.

Он постучал пальцем по открытке.

— Этой карты не было в колоде, поэтому, когда она умерла, не было никаких изменений, чтобы следующий человек в колоде мог взять на себя эту роль. На карте не было бы ничего, кроме ее изображения, как на любой другой карте, которую ты видел на этой стене, — сказал он. — Проверь, нет ли на этих картах тех, кто погиб в Брайант-парке, и на любом из мест Колоды, которые еще свободны, все равно будет кто-нибудь виден. Но она послала предупреждение, вероятно, в тот момент, когда поняла, что скоро умрет, зная, что у кого-то есть открытка для тебя.

Я почувствовал ледяную дрожь, когда в моих мыслях всплыло воспоминание о ее последнем поступке, о видении, которое было показано мне во время ритуала привязки, хотел я того или нет. Она умерла, крепко сжимая мою карточку, и последняя мысль промелькнула в ней, когда она утонула, убитая Джокером.

Я люблю тебя, Райдер. Запомни этот момент. Отомсти за меня.

— Она ведь не просто обыскивала Гэллоуз-Хилл, верно? — тихо спросил я. — Дело было не только в пророчествах и смешанных магах. Вполне возможно, что она искала эту карту, зная, что та где-то там.

Голос Джеррольда звучал мрачно.

— Связь придворной карты с её носителем, это её жизненная сила. Как сказал Бенджамин, если бы они нашли способ сыграть с её образом, то могли бы катастрофически ослабить её. Такое невозможно создать где попало, для этого нужны соглашения, заключённые сделки. Гэллоуз-Хилл, это ничейная земля. Там можно было легко открыть лавку, и никто бы вас не остановил, если бы у вас были нужные обереги.

Всё встало на свои места с ужасающей ясностью. Моя мать считала, что Гэллоуз-Хилл, это нечто большее, чем просто место для ритуалов. Та самая сделка, которая обеспечивала его процветание, позволяла создавать там Шипы.

Знал ли об этом мэр Блэквуд?

— А пиковый валет, которого она схватила перед смертью… — начала Девятка, но осеклась. — Тристан, — выдохнула она.

Все посмотрели на нее.

— Тристан осквернял Пикового валета. — Ее голос становился все громче и злее. — Мы видели его тайную комнату, видели, как он месяцами методично разрушал ее, используя документы шестнадцатого века о том, как исказить сущность карты. Заставлял карту переключаться между его лицом и лицом Райдера. Создавал магические помехи.

Она посмотрела на меня, и я увидел ужас в ее глазах.

— Он заставил Сьюзен думать, что ты жив. Что ты пытаешься с ней связаться. Помнишь? Вот почему она отправилась в Дендрарий. Вот почему она расследовала случаи порчи карт. Он заманил её туда с помощью испорченной карты.

— Но мы думали, что дело в политике, — сказал Бенни. — В амбициях. Он хотел лишить Райдера права на должность…

— Дело было не в политике, — перебила его Девятка. — Это была магия Шипов. Он не просто испортил карту, чтобы занять место Райдера. Он пытался превратить её. Превратить Пикового Валета в карту Шипов. Возможно, в Маску, нечто такое, что могло бы притворяться Райдером, притворяться верным, но при этом служить Джокеру.

В пабе стало холоднее.

— Порча дестабилизировала всю карточную систему, — продолжила Девятка, теперь уже быстрее. — Вот почему структура власти в Колоде начала рушиться. Вот почему связь Сьюзен с её собственной картой ослабла. Тристан отравил источник. И когда Сьюзен, умирая, попыталась отправить предупреждение с помощью Пикового валета, сообщение уже было испорчено. Скомпрометировано. Карта, которую она пыталась использовать, превратилась в оружие против того, что она пыталась защитить.