— Еще одно слово, — очень тихо, почти шепотом произнес Артур, нависая над Кириллом. — И этот вечер закончится для тебя в реанимации. Отойди, пока я не сломал тебе шею.

Я видела, что ситуация накаляется. Матвей тоже начал приближаться, готовый защищать друга, Полина испуганно прижала ладони к губам.

— Прекратите, ребята! — крикнула я, вставая между ними.

Я повернулась к Полине, Матвею и Кириллу. Мое лицо горело:

— Ребята, извините. Но мне действительно лучше уехать. Поля, созвонимся позже.

Я быстро подхватила свою сумочку, развернулась и пошла к выходу из клуба, не оглядываясь. Артур молча последовал за мной.

Мы со свистом отъехали от входа в клуб, резко срывая шины на мокром от дождя асфальте. Звук ревущего мотора оглушил меня, и я невольно вжалась в пассажирское сиденье, вцепившись пальцами в край приборной панели. Артур молчал.

Стрелка спидометра стремительно ползла вверх. Мелькающие за окном яркие вывески, витрины магазинов и силуэты прохожих сливались в одну сплошную, размытую полосу. Он вез меня прочь от центра, увлекая на пустую загородную трассу, погруженную в ночную темноту.

— И что это было? — не выдержала я, когда тишина в салоне стала невыносимой. — К чему весь этот спектакль? Откуда ты вообще узнал, что я там? Кто дал тебе право вламываться туда и устраивать этот дешевый боевик перед моими друзьями?

Артур бросил на меня быстрый взгляд из-под полуприкрытых век.

— Вика написала, — сквозь зубы процедил он.

В салоне снова повисла тишина, нарушаемая лишь глухим рокотом глушителя. Я уставилась на дорогу впереди, пытаясь справиться с бушующим внутри ураганом. Артур молчал несколько минут, но я чувствовала, как внутри него поднимается какая-то разрушительная волна.

— То есть, тебе просто нужно было, чтобы тебя по клубам водили, да? У тебя сразу и улыбка появляется, которую я на твоем лице практически ни разу не видел за все эти годы. Оказывается, ты умеешь быть такой счастливой. Сидишь спокойно, расслабленно… рядом с каким-то левым парнем. Не приходится тебя силой брать, не приходится выслушивать твои вечные обвинения. Ему ты улыбаешься просто так, а для меня у тебя только ненависть?

Я почувствовала, как щеки заливает краска от стыда и злости.

— Прекрати, — прошептала я, чувствуя, как машина ускоряется на прямом участке шоссе. Стрелка спидометра уже перевалила за сто сорок. Капли ночного дождя с силой бились в лобовое стекло. — Притормози. Ты ведешь себя неадекватно.

— А как мне еще себя вести?! — вдруг рявкнул он, со всей силы ударив ладонью по рулю. Машину слегка повело, но он мгновенно выровнял её. Его грудь тяжело вздымалась. — Я вкалываю сутками, чтобы вытащиться из этого дерьма, а ты развлекаешься в клубе с каким-то мужиком, который смеет трогать тебя?!

— Ты перегибаешь палку! — выкрикнула я в ответ, оборачиваясь к нему всем телом. — Ты мне никто, Артур! Ты муж Виктории! Твоя ревность не имеет обоснований!

— Замолчи! — процедил он.

Артур резко вывернул руль, съезжая на обочину у неосвещенного участка дороги. Машина затормозила со свистом.

Артур повернулся ко мне, оттягивая воротник. Его лицо было бледным, а в глазах, отражающих тусклый свет приборной панели, я увидела уязвимость, какой не видела ранее.

— Честно, Есения… — его голос опустился до хриплого шепота. — Ты просто выпотрошила все мои внутренности своим игнором и ненавистью. Ты отталкиваешь меня с силой, смотришь на меня как на врага… А потом, когда я прикасаюсь к тебе, каждый раз с желанием отдаешься мне. И на следующий день снова надеваешь свой панцирь и делаешь вид, что я для тебя пустое место. Меня сводят с ума эти игры.

Его слова разозлили меня. Но я заставила себя сдержать рвущуюся наружу истерику.

— Я не играю, Артур. Мое тело может предавать меня, когда ты рядом, не могу отрицать, что меня тянет к тебе. Но в остальном я совершенно искренна перед тобой. Я не буду твоей тайной любовницей. Я не буду прятаться по углам, пока ты официально женат на другой.

— Что тебе нужно? — Артур подался вперед, его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего, и его пальцы осторожно коснулись моих волос. — Что мне сделать, чтобы ты добровольно была моей? Чтобы ты не бежала и не пряталась? Улыбалась как тому чертовому мужику из клуба?

— Быть холостым, Артур. Сними это кольцо. Стань свободным. И тогда мы поговорим.

Пальцы Артура медленно соскользнули с моих волос, и он тяжело откинулся обратно на сиденье.

— Ты думаешь, это так просто? — тихо спросил он, глядя на лобовое стекло, по которому стекали капли дождя. — Думаешь, я ношу это кольцо, потому что мне так хочется?

Затем повернулся ко мне.

— Четыре года назад… — начал он негромко. — Наша компания была на грани полного краха. Отец совершил ряд ошибок, доверившись не тем людям. Мы были банкротами. Понимаешь? Единственным, кто мог спасти нас, был Георгий Безруков — отец Виктории. Он дал нам гигантский займ под небольшой процент, который перекрыл все наши долги и спас репутацию семьи.

Артур сжал кулаки.