— И что ты предлагаешь? — мой голос сорвался на шепот. — Думаешь, после этого рассказа я тебе на шею брошусь? Забуду всё, что пережила за это время? Забуду Леона, забуду твоё вранье? Даже если ваш брак — фикция, ты всё равно женат, Артур. Ты принадлежишь другой женщине по документам. А я… я не хочу быть твоей тайной, которую прячут в цоколе или в дешевой съемной квартире!

Артур медленно убрал телефон обратно в карман. Его взгляд задержался на моем лице.

— Я говорю тебе это не для того, чтобы ты вешалась мне на шею, — от его тона у меня по коже пробежали мурашки. — Я сказал это только для того, чтобы ты не накручивала себя лишний раз и знала правду. Я дал тебе время. Время, чтобы ты пожила в своей квартире, успокоилась, закончила школу и сдала экзамены. Я не мешал тебе эти месяцы, хоть мне это стоило огромных усилий. Но это не значит, что я тебя отпустил.

Он замолчал, глядя на меня со всей той собственнической страстью, которую я так хорошо помнила.

Я не знала, что ответить. В его глазах была вся моя жизнь — и моя самая большая боль, и мое единственное безумие.

— На этом стоп, Артур, — тихо произнесла я, поднимаясь из-за стола. — Разговор окончен. Мне надо все обдумать. Довези меня до дома. Пожалуйста.

Артур не стал спорить. Медленно поднялся, бросил купюру на стол, и мы молча вышли из кафе.

Всю дорогу до дома мы снова промолчали. В салоне пахло кожей, воздухом кондиционера и его одеколоном, который медленно лишал меня способности трезво мыслить. Я смотрела в боковое стекло на проплывающие мимо серые многоэтажки спальных районов. Моя защита, которую я так старательно выстраивала все эти месяцы, сейчас казалась мне тонкой ледяной коркой, готовой растрескаться от малейшего прикосновения.

Когда машина мягко затормозила у моего подъезда, Артур заглушил мотор. Но замки дверей по-прежнему оставались заблокированными. Я повернулась к нему, собираясь потребовать, чтобы он немедленно открыл дверь, но Артур подался вперед. Его ладонь легла на мой затылок, пальцы запутались в волосах у шеи, а вторая рука притянула меня за к себе. И его губы накрыли мои.

Я хотела оттолкнуть его, хотела ударить по лицу, закричать, что ненавижу всю сложившуюся ситуацию. Но стоило его горячему дыханию коснуться моей кожи, как вся моя воля просто испарилась. Я позорно растаяла в его руках. Мои пальцы сами собой вцепились в его плечи, комкая ткань. Я отвечала на его поцелуй с такой же дикой, накопившейся за эти долгие месяцы жаждой, которую больше не могла скрывать даже от самой себя. Наружу вырвались наглухо запертые чувства, тело кричало об обратном: я безумно, до боли скучала по нему. Скучала по его силе, запаху и обжигающему теплу.

Этот поцелуй был нашим молчаливым признанием. Он целовал меня медленно, глубоко, словно пытался выжечь на моих губах свое невидимое клеймо, а я плавилась в его объятиях, окончательно проигрывая эту войну самой себе.

Когда он наконец отстранился со сбитым дыханием, прижался своим лбом к моему и бережно погладил мою горящую щеку. Следом раздался негромкий щелчок разблокированных замков дверей.

— Иди, — хрипло, едва слышно произнес он, заглядывая в мои затуманенные глаза.

Я ничего не ответила. Не помня себя, выскользнула из машины, захлопнула дверцу и быстрым шагом направилась к подъезду. Прижала пальцы к припухшим губам, зная, что поступила слабохарактерно. Но тихая надежда снова загорелась глубоко в душе.

Глава 28: Маски сброшены

Поднялась я к себе в квартиру в каком-то полуобморочном состоянии. Медленно, словно во сне, закрыла входную дверь на все замки, прислонилась к ней спиной и просто сползла на пол. В прихожей царила тишина. Я была абсолютно одна в пустом пространстве.

Просидев на полу у двери около получаса, обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Всё мое тело до сих пор помнило обжигающий жар прикосновений Артура. Губы горели от его поцелуя, а внизу живота всё еще вибрировало сладкое чувство, от которого сводило ноги. Я пыталась дышать глубоко, пыталась успокоить бешено колотящееся сердце, но его запах, казалось, намертво въелся в мою одежду и кожу.

Я лихорадочно прокручивала в голове его слова. Виктория — фиктивная жена. Контракт. Тайный любовник-телохранитель, из-за которого её силой притащили к алтарю. Спасение отцовского бизнеса. Всё это звучало как сценарий к какому-то дешевому сериалу, но я знала Артура слишком хорошо: он не стал бы так отчаянно врать мне, предлагая набрать Викторию по видеосвязи прямо при мне. Это скорее всего была правда. Грязная правда его мира, где люди были лишь пешками на шахматной доске крупного бизнеса.

Но в моей душе поднялась мощная волна сопротивления. «Нет, — сказала я себе, поднимаясь с пола и проходя на темную кухню. — Так нельзя. Я не буду в этом участвовать».

Даже если их брак — фикция, для всего остального мира он остается женатым мужчиной. Официальным мужем Виктории Безруковой. Его родители, его окружение — все видят их вместе. И если я соглашусь быть с ним, я автоматически превращусь в его тайную любовницу. Я не позволю ему прикасаться ко мне, пока на его пальце сверкает это обручальное кольцо.

— Я не подпущу его к себе, — прошептала, наливая себе стакан воды.