Артур уже вышел из своей машины. Быстрыми шагами подошел к нашей двери, резко рванул её на себя и заглянул внутрь.

— Выходи, Есения, — приказал он низким голосом.

— Прекращай это! — выкрикнула я, вцепившись пальцами в край сиденья. Мои щеки горели от ярости и стыда перед водителем. — Ты с ума сошел?! Что ты устраиваешь на дороге?!

Водитель такси, мужчина средних лет, открыл дверь и попытался вмешаться:

— Слышь, парень, попутал? Что происходит вообще?

Артур даже не повернулся в его сторону:

— Ничего не происходит. Всё в порядке. Мы просто передумали ехать в город на вашей машине. Держите за беспокойство.

Достал из кармана крупную купюру и бросил её на переднее сиденье. Водитель мгновенно притих, ошарашенно переводя взгляд с денег на Артура.

— Выходи, Сеня, — Артур снова повернулся ко мне, и его пальцы жестко перехватили мою руку, непреклонно увлекая меня наружу.

— Нам не о чем говорить, Артур! Отпусти меня! — я попыталась вырваться, но он проигнорировал мое сопротивление.

— Выходи, — повторил он. — Нам давно стоило поговорить лицом к лицу, без дверей, которые ты постоянно запираешь перед моим носом.

Он буквально заставил меня пересесть на переднее пассажирское сиденье своего автомобиля, захлопнул дверь и мгновенно заблокировал все замки. Сев за руль, резко нажал на газ, и мы сорвались места, оставляя позади растерянного таксиста. Ехали мы в абсолютном, тяжелом молчании около десяти минут. Я сидела, отвернувшись к окну, обхватив себя руками за плечи, чувствуя, как внутри всё дрожит. Наконец машина затормозила у небольшого, уединенного придорожного кафе на самой окраине города. Здесь было тихо, на парковке стояло всего пара машин.

Артур заглушил мотор, повернулся ко мне.

— Зачем ты меня сюда привез? — я наконец повернулась к нему. — Зачем этот цирк с подрезанием машин?

— Чтобы мы поговорили в нейтральной обстановке, — ответил он, глядя мне прямо в глаза. — Чтобы ты выслушала меня, а не сбегала в свою квартиру и не блокировала мой номер. Идем.

Внутри кафе было прохладно и почти пусто. Мы сели за самый дальний столик у окна, скрытый от остальных посетителей высокими спинками диванов. Официант быстро принес нам чай, и как только мы остались одни, я не выдержала.

— Ну? Я слушаю, — ядовито произнесла я, сложив руки на груди. — Расскажи мне, как чудесно продвигаются дела у молодой семьи Александровых. Какая Виктория прекрасная жена. Зачем ты притащил меня сюда, Артур? Чтобы поиздеваться?

Артур сделал глубокий вдох, его лицо оставалось суровым, но в серых глазах я увидела глубокую усталость.

— Виктория — моя фиктивная жена, Есения, — тихо, но отчетливо произнес он.

— Что? — переспросила я, не веря собственным ушам. — Какая фиктивная? Ты издеваешься надо мной? Она сегодня на глазах у всех вешалась тебе на шею и кричала «Муж приехал»!

— Она обязана играть эту роль, так же, как и я, — Артур подался вперед. — Наш брак — это сделка. Бумага, подписанная ради спасения бизнеса моего отца. Ты ведь знаешь, что компания была на грани банкротства. Единственным способом удержать активы было слияние с инвестициями от отца Виктории. Но у Георгия Безрукова было жесткое условие — этот брак.

Я горько усмехнулась, качая головой.

— И ты, конечно же, благородно согласился пожертвовать собой ради папочкиных миллионов?! Как трогательно.

— Есения, дослушай меня, — перебил он. — Дело не только в деньгах отца. У Виктории была своя причина согласиться на этот контракт. Год назад её отец поймал её в постели с собственным телохранителем. Был жуткий скандал. Георгий едва не убил парня, а Вику силой притащили к алтарю со мной, чтобы спасти репутацию их семьи в прессе. Мы с ней заключили пакт еще до свадьбы. Мы — деловые партнеры. Наш брак — фикция. Мы спим в разных крылах дома. Она вроде до сих пор даже тайно встречается со своим охранником, но это уже неважно. Очевидно, о фиктивности не знают ни Леон, ни мои родителя.

Я смотрела на него, и в моей голове всё крутилось ураганом. Его слова звучали очень странно и неправдоподобно.

— Я не верю тебе, — тихо, качая головой, произнесла я. — Это звучит как бред, Артур. Ты просто сочинил красивую сказку, чтобы оправдать свое предательство.

Он зло зажмурился на секунду, а затем достал из кармана телефон и разблокировал экран.

— Не веришь? Хочешь, я сейчас наберу Вику по видеосвязи? Прямо при тебе спрошу её, где сейчас её любовник и почему мы с ней не спим в одной постели?

Он протянул мне телефон, на экране которого уже горело имя «Виктория». Я испуганно отшатнулась, качая головой.

— Нет. Не надо. Я не хочу в этом участвовать. Это мерзко.

Я посмотрела на свои трясущиеся руки.