Кем нервно заерзал, но не вскочил и не побежал. Он наблюдал, как она сняла перчатку, закатала рукав и положила руку на землю ладонью вниз. Ладонью, которую поцеловал призрак, но ее кожа была такой же холодной, как и всегда, холодной, как могила.

Мальчик издал какой-то звук, вцепившись в нее, как будто все-таки собирался утащить.

— Подожди, — сказала она. — Движение тревожит ее.

На расстоянии вытянутой руки от них гадюка подняла голову и высунула язык, чтобы понюхать воздух, почувствовать его присутствие. Но Кем не заинтересовал гадюку, он не был ее добычей. Она опустила голову, не чувствуя в нем угрозы. Когда она подползла еще ближе, он потянул ее за руку: «Тетя! Отойди!»

— Поверь мне. Она не причинит вреда ни мне, ни тебе.

Он ошеломленно, не веря своим глазам, смотрел, как гадюка подползает к ее руке и растворяется в ее руке. В ее теле.

— Что? — выдохнул он. — Что? Как? Твоя рука. Поэтому ты всегда ее потираешь? Ты всегда… Конечно. Конечно! Это объясняет… — Он замолчал, тяжело дыша.

— Объясняет что? — Она проглотила свои страхи, надежды и мечты, все они были бесполезны. Ей пришлось сохранять спокойствие, когда она закатала рукав и снова натянула перчатку. Она была готова к тому, что сейчас он ее отвергнет.

— Мама как-то сказала кое-что, чего я не понял, а она не захотела объяснять. Я думал, это просто ее манера выражать свои мысли, но теперь… — Он коснулся ленты, которой были стянуты его волосы. — Это единственный способ войти и выйти?

— Да, мое запястье — единственный способ войти и выйти. Она не собирается нападать на тебя. Она охотится только на Споры. Не на людей и не на животных.

— Н-но она ядовита? Если она питается Спорами, если она может проникать в Пелену и выйти из нее, почему она не заражает тебя Спорами?

— Не знаю. Никогда не знала.

— Она была у тебя… всегда?

— Я думаю, что родилась с яйцом в сердце, и, в конце концов, она вылупилась.

Он прижал пальцы к глазам, тяжело вздохнул и посмотрел на нее.

— А мама?

— Она ничем не отличалась от тебя или любого другого человека, Кем. Лишь я.

Пелена мягко сияла под небом. Ветер стих. В тишине они услышали цоканье лошадиных копыт, когда кто-то заводил их в конюшню, затем наступила тишина.

— Они тебя сожгут, — тихо сказал он. — Они прикуют тебя цепями к железному столбу в клетке из очищение-стали и сожгут на выжженной земле.

— Вот почему я никогда не говорила тебе. Было нечестно обременять тебя этим секретом. Но теперь ты знаешь.

— О! — сердито воскликнул он. — Значит, теперь ты думаешь, что, поскольку я страж-новичок, я просто выдам тебя другим за какую-то награду? Так вот что ты думаешь!

— Нет! Конечно, это не то, что я думаю! Почему ты так говоришь?

— Ты была так ужасна со мной в этом путешествии! Почти не разговаривала со мной! Как будто злишься на меня!

— Злюсь на тебя? Я просто хотела оставить тебя в покое. Это ты на меня злишься.

— Я имею полное право злиться на тебя! — закричал он.

— Да!

Он вздрогнул, затем поморщился, затем прижал руку ко лбу, словно его череп был готов разлететься на куски, и он пытался сдержать его.

— О, Кем. Я никогда не злилась на тебя. Ну, за исключением того случая с репой…

— Не напоминай мне! Это было так неловко.

— Да, это правда, и твои извинения были такими раболепными и жалкими, что даже твоя мать не стала тебя ругать.

Снова воцарилось молчание. Пелена лежала неподвижно, как мертвая. Но она не была мертвой, так? В ней были приливы и отливы, и, возможно, в ней жили души. Где-то там, каким-то образом, был призрак. Она никогда не узнает, где конец его путешествия. Но не с ней.

— Ты снова плачешь, — сказал Кем. — Что произошло между тобой и принцем?

— Между мной и принцем не произошло ничего, Кем. Он не был принцем. Я говорю тебе это, чтобы ты знал, но я прошу тебя никогда не рассказывать об этом другим. Они не должны знать.

Он пристально смотрел на нее, складывая воедино кусочки мозаики.

— Клянусь Высокими Небесами, ты хочешь сказать, что там действительно был призрак, и он действительно одержал принца?

— Да.

— Это все время был призрак?

— Да.

— Тогда что? И как?

— Он позаимствовал тело принца, чтобы попасть сюда. В эту Пелену.

— Почему?

— Он один из тех, кого называют Лишенными. Они были частью древней борьбы против королей-колдунов. Он отправился в Пелену, чтобы найти таких же, как он, найти следы колдовства, чтобы они могли снова искоренить зло. Пелена на него не действует, потому что… Я не уверена, на самом деле. Я не совсем понимаю, как все это сочетается.

Он посмотрел сначала на Пелену, а потом на нее.

— Это трудно принять, мне нужно это переварить.

Она ждала, вытирая щеки. Ее сердце болело. Оно всегда будет болеть. Но Кем сидел рядом с ней, сжимая ее руку, словно боялся, что, если отпустит, ее унесет в небытие.