Аня взяла меня под руку, и мы медленно пошли вдоль улицы.

— В целом да, но не всем, конечно.

— А чем недоволен?

В голове сразу всплыл последний вопрос о том, сможет ли другой специалист повторить всё это без меня. Нет, я и раньше спрашивал себя об этом, и ответ был весьма очевиден: пока нет. Стоит признать, что спустя всё это время он так и не изменился, зато изменилось другое. Прогресс постепенно шёл, но этого было недостаточно, чтобы найти вариант, при котором моей методикой смогут пользоваться и другие.

Ведь, в конечном счёте, зачем создавать нечто интересное и полезное, если этим нельзя поделиться с миром? Так что, если с помощью неё тренеры и реабилитологи смогут лучше подготавливать спортсменов, то это того стоит.

Ведь так ведь, Система наставника?

Она, конечно же, молчала. Не то чтобы я ожидал получить от неё прямой ответ, но хотя бы небольшой намёк или подсказка, в какую сторону стоит думать, была бы приятным дополнением. Однако она оставалась такой, к какой я уже и привык. Немногословная, своеобразная и чертовски загадочная.

Я даже потянулся за телефоном, чтобы записать пару мыслей, как вдруг меня кольнуло где-то в районе сердца, ближе к левой стороне.

— Потом подумаю, — ответил я Ане и убрал телефон прочь.

Она покосилась на меня, а затем попробовала заглянуть прямиком в глаза.

— Ты подозрительно часто смотришь по сторонам, Лёш. Всё нормально? И куда мы вообще идём?

Я кивнул вперёд.

— В сторону еды. Я бы сейчас целиком поросёнка съел.

Аня улыбнулась и поёжилась от холода.

— Прекрасная идея. Я бы сейчас чего-нибудь горячего выпила, а лучше бы съела. Чего ты хочешь?

Есть мне на самом деле не хотелось, так как был сыт по горло тем, что у меня происходило внутри. А внутри сражались противоречия и невесть откуда взявшийся мандраж, которого, пожалуй, не было с нашего первого свидания на Арбате.

— А что в Питере едят?

Воронцова задумалась и свернула вместе со мной налево.

— Ну, всякое-разное, — медленно протянула Аня. — Корюшка популярна, но сейчас вроде бы не сезон. Ещё есть шаверма, но что-то я её сегодня не хочу.

— Шаверма? Не шаурма? А в чём отличие? Или это как подъезды и парадные?

— Скорее, второе, — ненадолго задумавшись, ответила девушка. — Впрочем, я слышала, что её тут подают в разобранном виде, на тарелке. Может, в этом отличие? Но какая разница, если мы её не собираемся есть?

Мы ещё немного прошли в молчании, пока Аня наконец не хлопнула в ладоши и не прокричала:

— Пышки! Пышки! Мы должны попробовать местные пышки на Большой Конюшенной. Я всегда мечтала их попробовать, когда ещё была маленькая.

— Ты ни разу не была в Питере? — удивился я. — Он же практически за углом от Москвы.

— Была, — кивнула Аня и прикусила губу. — Но как-то не получалось у нас туда заскочить! Пошли, она тут как раз должна быть недалеко, но сначала мы должны кое-что сделать.

— Что? — удивлённо спросил я, когда она потянула меня за собой.

Мы остановились посреди моста, и Аня схватила меня за шарф под пальто и крепко поцеловала.

— Всё, — отстранившись, улыбнулась она. — Один пункт из обязательных можно вычеркнуть. Местные традиции нужно чтить.

— Традиции целоваться посреди моста?

Аня усмехнулась и развернула меня в сторону реки Мойки.

— Ну-у, Лёша. Мост поцелуев же, только не говори, что ты о нём не слышал.

Я улыбнулся и пожал плечами.

— Я Москву-то ещё не до конца за год выучил, Ань, а ты меня уже по достопримечательностям Питера гоняешь. Я же с деревни, сама недавно убедилась.

Она взяла меня под руку, и мы пошли дальше.

— А я вот тщательно подготовилась, даже карты на телефон загрузила, — заявила она, поглядывая на светящийся экран смартфона. — Так что если это волшебное устройство не врёт, до Конюшенной по набережной нам топать меньше километра. Для тебя плёвое дело… А если у меня заболит нога, то ты меня понесёшь. Ну что, за пышками?

— За пышками, — только и успел сказать я, как она вновь утянула меня за собой.

Вообще стоит сказать, что после приезда в Питер Аня прилично изменилась. Я не видел её такой веселой и энергичной в Москве, пожалуй, уже давно. Может быть, сказывался тот факт, что столица была её домом, а Санкт-Петербург, пускай и на пару дней, но должен был стать для неё интересным выездом. Опять же, на носу был Новый год, и культурную столицу украшали, причём подходили к этому со всей ответственностью, и это создавало неповторимое очарование.

В любом случае, я был рад, что она была счастлива, поэтому отбросил пока лишние мысли в сторону и пошёл за ней к легендарному заведению.

Заведению, которое оказалось настолько популярным, что даже не мог представить.

Очередь выходила на улицу и тянулась такой длинной змеей, что мне казалось, будто придётся стоять до утра. Аня прикусила нижнюю губу, выглянула вперёд и посмотрела на часы.

— Бли-и-и-н. Закрываются-то они в восемь.